Убийца по вызову

Представляете? Вот уж удача так удача!

– Да, повезло, – ответил Гуров. – Но и сами ребята молодцы. Не раньше и не позже – в самую тютельку угадали.

– Точно! Я тоже подумал: если бы они его еще в машине накрыли, он, скорее всего, чистым бы оказался и сказал, что все, что там в салоне спрятано, не его. Не в кармане же он возит ее, эту «дурь».

– Да. А если бы стали дожидаться, пока в клуб войдет, он все скинуть бы успел или передать кому-то. Молодцы, профессионально сработали. Что ж, зови его, красавца, поговорим о делах наших скорбных.

Оказавшись в небольшом кабинете, куда вызывали на допрос задержанных, Гуров прошел к небольшому столику, стоявшему у стены, оставляя главное место Мишину.

– Садись, садись, – сказал он, видя, что тот собирается протестовать. – Ты дело ведешь, ты и командуй. Я вот тут, в сторонке устроюсь.

Когда привели Булавина и Мишин начал допрос, Лев некоторое время с любопытством всматривался в лицо нового фигуранта, пытаясь определить, что это за человек.

Рыжеватый веснушчатый парень, сидевший сейчас перед ним на стуле, смотрел на мир круглыми, слегка осовевшими глазами, как бы давая понять, что его незатейливая внутренняя сущность вполне соответствует простецкому внешнему виду. Но уже само то старание, с которым он это подчеркивал, выдавало его, ясно показывая, что в действительности он совсем не таков, каким в данный момент хочет себя представить.

– Честное слово, первый раз в жизни, товарищ начальник! – тараща мутные серые глаза, говорил он. – Ребята попросили знакомому своему передать. Я даже и не знал, что там было, в этом свертке. Сказали – отвези, я и отвез. Что мне, жалко, что ли? Если бы я знал, что там наркотики, да я бы ни в жизнь не согласился! Разве ж я не понимаю. Это же отрава, яд настоящий. Людей губить. Разве ж мне не жалко! Отпустите меня, а? По глупости ведь попал, в первый раз. Можно сказать, вслепую использовали. Я больше никогда! Вот клянусь! Ни одного пакета больше ни от кого не возьму. Близко не подойду! Клянусь!"

"Молодой и совсем не солидный с виду Мишин, по-видимому, представлялся Булавину вполне удобной мишенью для вешания лапши. Но, разыгрывая перед ним свой спектакль, он то и дело с беспокойством взглядывал на сидевшего в стороне Гурова, как бы чувствуя с его стороны некую угрозу и этим только лишний раз доказывая, что совсем не так прост, как хочет казаться.

– Где вы находились в прошлую пятницу между восемнадцатью и двадцатью часами вечера? – спросил Мишин.

– В прошлую пятницу? – изумленно вскинул брови Лелик. – Да что вы, товарищ следователь, да разве ж я так далеко запомню! Я и где вчера-то был, наверное, уже затруднюсь ответить.