Убийца по вызову

– Элла?

Витек сосредоточенно сдвинул брови и молчал минуты три, явно перебирая в памяти «список контактов». Глядя на эту напряженную работу мысли, Гуров думал, что, рассказывая о себе, его новый знакомый сильно поскромничал. Школьной учительницей и веселой подружкой для кабаков дело здесь определенно не ограничивалось.

– Нет, такую не знаю, – наконец ответил Витек.

– Жаль, – разочарованно вздохнул Лев. – Очень уж отзывы впечатляющие. Судя по рассказам, девушка – просто ураган.

– Да? – проговорил Витек, и глаза его заблестели. – А что же эти рассказчики твои, сами-то не могут тебя с ней познакомить?

– В том-то и дело, что не могут. Они, понимаешь, местные. Вот вроде тебя – на глазах у тещи налево ходить не решаются. Адрес только сказали, где она живет. Но не могу же я вот так просто, с улицы зайти. Нужен предлог какой-то. Или хотя бы знакомые общие. Может, спросишь у своей молодухи? Вдруг она ее знает?

– Ладно, так уж и быть. Тебе – как соседу. Валяй, говори свой адрес. Люди должны помогать друг другу. Тем более мы, командированные. – Витек снова расхохотался, и, уже окончательно уверившись в бессмысленности этой затеи, Гуров назвал адрес Эллы.

3На следующее утро Витек спозаранку отправился «на экскурсию», сказав, что заботливая учительница наверняка уже настряпала блинчиков ему на завтрак, и снова пообещав навести справки по поводу Эллы.

Гуров за неимением знакомых, которые могли бы пригласить его на блины, уже собирался позавтракать в гостиничном ресторане, когда в номере появился некто, заставивший его переменить планы.

Громыхая огромным пылесосом, с полными руками каких-то веников, щеток, совков и лопаточек, в номере водворился пожилой мужчина в форменной, коричневой с золотым кантом, одежде, тот самый, которого полковник вчера видел возле лестницы и с которым решил обязательно переговорить.

– Мне прибрать нужно, – хмуро глянув из-под сдвинутых бровей, проговорил мужчина. – Не помешаю?

– Нет, нисколько, – улыбнувшись, ответил Лев. – Всегда приятно, если в гостиницах следят за чистотой. Постояльцы ведь, наверное, бывают разные?

– Да уж, – пробурчал дед, раскладываясь со своими щетками. – Вот уж и правда разные. Одни – тише воды ниже травы, в номер войдешь – не сразу догадаешься, что и люди-то тут живут. А другие… Три дня живут, а в номере после них – будто Мамай прошел. Намусорят, окурков накидают, помадами намажут кругом. Глаза бы не глядели!

– И вам все это убирать приходится? – посочувствовал Гуров.

– Приходится, – буркнул дед. – Работа моя такая. Я – чистильщик. Знаешь, как в кино? Есть такой – чистильщик. Приходит и за всеми чистит. Вот и я так же. Ковры, мусор этот – все на мне. Вся сухая уборка. А после меня уже горничные. Пыль по верхам протирают.