Конкурс убийц

На улице так хорошо, а вы дома сидите, — обратилась она к дочери.

— Бабушка, а дядя только к тебе в гости пришел или к нам ко всем? — вдруг спросила девочка, вынув пальчик изо рта и брыкаясь, чтобы слезть с маминых рук. — Я тоже хочу чай пить.

— Валя, к бабушке пришли по делу, — взяла малышку за руку ее мама. — Пойдем погуляем и не будем мешать. Пойдем же, — потянула она девочку. — Я тебе сок с трубочкой куплю и шоколадку, — пообещала она.

Девочка с сомнением во взгляде посмотрела на маму, потом на Гурова и бабушку, подумала и, тяжко вздохнув, по всей видимости, по причине сложности принятого ею решения, последовала за матерью.

— Садитесь, — Гордиенко с улыбкой указала Льву Ивановичу на стул у окна, когда ее дочка и внучка ушли.

Гуров не стал возражать и сел. Не стал он возражать, и когда хозяйка поставила на стол перед ним тарелку с плюшками и ватрушками и чашку с чаем.

— Может, вы кофе пьете, — вдруг смутилась хозяйка, — а я и не спросила даже.

— Нет, все нормально, — ответил Гуров и осмотрел помещение кухни. — Уютно тут у вас, — похвалил он, чтобы хоть как-то завязать беседу.

Он чувствовал, что Гордиенко в напряжении и ждет от него каких-то неприятных вестей, но молчит, давая возможность ему первому начать разговор. Немного подумав, Лев Иванович решил, что разговор с Гордиенко он поведет в несколько другом ключе, чем с Жанной Дмитриевной.

— Светлана… Простите, я не знаю, как вас по отчеству, — улыбнулся Лев Иванович.

— Олеговна, — смутилась Гордиенко. — Но можно и без отчества обойтись. Я не люблю по отчеству. Вы пришли поговорить про Олю?

— Да, я бы хотел поговорить с вами об Ольге Михайловне. Нет-нет, с ней все пока нормально, — поспешил он ответить на вопрос, который чуть не слетел с языка Светланы Олеговны. — Но если честно, то сейчас она попала не в очень хорошую историю, и мне требуется ваша помощь, чтобы кое-что прояснить в ее биографии.

— Нехорошую историю? — вопрос прозвучал как эхо — глухо и тревожно.

— Ее мужа, Евгения Петровича Кирьянова, убили в Анапе, и Ольгу Михайловну подозревают в убийстве."

"Светлана Гордиенко закрыла ладонью рот, чтобы не вскрикнуть, и удивленными испуганными глазами посмотрела на Гурова. Тому вдруг стало неловко, и он, опустив глаза, не нашел ничего лучшего, как отпить глоток горячего еще чаю. Когда он поднял глаза, Гордиенко уже взяла себя в руки и глухо сказала, словно отвечая на незаданный оперативником вопрос:

— Оля не могла этого сделать. Я слишком хорошо знаю ее характер. Это кто-то другой убил ее мужа.

— Знаете, мне бы тоже хотелось верить в ее невиновность. Но в ее сумочке был найден пистолет, а алиби у нее на момент убийства весьма хлипкое, — откровенно ответил Лев Иванович.