Конкурс убийц

— М-да, — взъерошил коротко остриженные волосы Лев Иванович. — Связь тут есть, но она только частично пока что просматривается. Остается много неясных моментов. И надо бы нам эти моменты прояснить, поговорив с теми, кто хорошо знал и Леонидова, и Ольгу.

Крячко посмотрел на часы и ответил:

— Займемся завтра с утра, сегодня уже поздно. К тому же, как я понял, у Леонидова из близких родственников, кроме старого деда, никого не было. А что стало с сыном-подростком с тех пор и куда он подевался после следствия — тоже нужно выяснять. Деду на тот момент было за восемьдесят, так что вряд ли он еще жив. Какие у нас с тобой есть контакты?

— Есть пара телефонов близких подруг Ольги, которые дала нам Реус. Есть адрес, по которому жил Леонидов с сыном, и есть уже неактуальные адреса и телефоны родителей Кирьяновой. Она сама нам сказала, что оба они уже умерли.

— Странно, что Ольга ничего не говорила нам о своем сыне и о том, что он остался с отцом. Мутная мне представляется история. Мать как бы отказалась от ребенка… — Крячко покачал головой.

— Мутная, — согласился Гуров и спросил: — Ты обратил внимание, что в деле Леонидова практически нет свидетелей? Его сын не в счет. Ему тогда было только тринадцать. Хотя он и нашел отца, но как следует из протокола опроса, он ничего подозрительного в этот день, а вернее, с утра, перед тем как уйти в школу, не видел. О матери своей тоже не упоминал.

— И оружия на месте происшествия не было найдено, хотя пистолет, из которого предположительно стреляли в писателя, был зарегистрирован на самого Леонидова, — добавил Станислав. — Согласно экспертизе, стреляли в него практически в упор. Интересно, зачем писателю был нужен пистолет?

— Так это именной пистолет, — напомнил Гуров. — Ему какой-то полковник подарил еще в армии, когда тот его спас. Какая-то странная история случилась на полигоне во время стрельб. Кто-то из артиллеристов перепутал направление и бабахнул не в ту сторону, куда нужно. Попал в окоп с командованием. А Леонидов там как раз при начштабе связным был, он его собой и накрыл от осколков. Самому всю спину покрошило. Еле выкарабкался тогда. Эта история в показаниях Ольги есть. Пистолет потом был оформлен на Леонидова. Все чинчинарем.

— Этот момент я как-то пропустил. Не помню, чтобы на глаза попадалось, — вздохнул Крячко. — Не понимаю еще, почему опроса коллег Леонидова не проводилось? Он ведь работал каким-то сотрудником в НИИ теории и истории архитектуры и градостроительства.

— Работал, — кивнул Гуров. — Вообще, все дело как-то на тормозах спустили. Никаких следственных мероприятий толком не проводилось. Отчеты какие-то невнятные. Кстати, ты обратил внимание, что Ольга по этому делу проходила не просто как свидетельница, а как подозреваемая?

— Да.