Конкурс убийц

"

"— Дело возбудили сразу же, как только началось следствие. И да, у нас уже есть подозреваемый, причастный к преступлению, а вот его виновность — убийца он или нет — будет устанавливаться в судебном порядке. Просто, когда в суде еще не доказано, что именно этот человек убил, то убийцей его называть нельзя. Можно только подозреваемым. Это правильно чисто с юридической точки зрения, — пояснил Крячко.

Реус встала со своего места и, оглядев зал орлиным взглядом, заметила ехидным голосом:

— Пометьте себе в книжечках это замечание, а то некоторые пишут иной раз всякое… Продолжайте, Станислав Васильевич, — милостиво кивнула она Крячко.

— Мы выяснили, что дело об убийстве Леонидова так и осталось нерасследованным, так как пистолет, принадлежащий писателю, из которого он и был застрелен, не был тогда найден, — продолжил, откашлявшись, Станислав. — Подозрение и в тот раз падало на Ольгу Михайловну, но у нее было алиби на весь тот злополучный день. Да и улик, подтверждающих ее причастность к смерти ее бывшего мужа, не было найдено. Но мы узнали, что в Москву как раз в тот период времени приезжала из Германии первая жена Леонидова, которая сейчас носит фамилию Шнайдер. И тогда у нас появился новый подозреваемый, а вернее, подозреваемая в деле Леонидова.

— А где она раньше была, эта мамаша? — раздался насмешливый голос с задних рядов.

— В Германии и была, — пожал плечами Крячко. — По ее утверждению, и в день убийства Леонидова она также была за пределами России. Хотя, как мы потом выяснили, у нее как раз на это время была открыта виза. И она находилась в Москве. Приехала на свадьбу сестры. Но нам, а вернее, оперативнику, который ее опрашивал, она сказала, что не знала о том, что Леонидова убили, а ее сын живет в интернате, — немного подумав, ответил Крячко. — Понимаете, два этих убийства настолько переплелись, что мне кажется, было бы проще, если бы нам со Львом Ивановичем задавались вопросы, а мы на них отвечали.

Станислав виновато посмотрел на Гурова, но тот только вздохнул и молча кивнул ему.

Реус тут же встала и, обратившись в зал, поинтересовалась:

— Кто первый будет задавать вопрос?

В ответ поднялся лес рук, и она растерялась.

— Спрашивайте вы, Игнат Иванович, — махнула она рукой Переделкину.

— Да, я вот тут записал несколько вопросов, которые меня интересуют, — бодро встал писатель. — Вы сказали, что пистолет, из которого были убиты оба писателя, принадлежал Леонидову. И что на подозрении у вас оказалась его первая жена. Так?

Гуров кивнул, давая понять, что именно так все и есть.

— А как вы связали пистолет с этой Шнайдер? Его ведь тогда не нашли на месте убийства. Если его унесла эта дама, то выходит, что это она и убила Евгения Петровича Кирьянова? Не очень понятно.