Конкурс убийц

 — В тот момент, когда Кирьянова уходила из номера и возвращалась в него, ее никто не видел. Камеры слежения, как мы знаем, были выведены из строя. Но не сама же она их вывела! Как вы думаете?

— Никак я не думаю, — процедил Пятаков. — Вы скрыли важный для следствия факт.

Он замолчал и отвернулся от Гурова.

— Мы скрыли не один факт, — решил идти ва-банк Крячко и достал из кармана пакетик с пуговицей, которую Лев Иванович еще в первый день убийства нашел под кроватью в номере Кирьяновых. — Но разве мы не вместе ведем сейчас это следствие? Все равно рано или поздно все точки над i были бы расставлены. Факты были нами не упомянуты не из корыстных целей, а в интересах следствия. Вот это, — он протянул Пятакову пакет с пуговицей, — Лев Иванович нашел под кроватью, у самой стенки, с той стороны, на которой был убит Кирьянов. И нашел уже после того, как там поработали ваши криминалисты.

Пятаков резко повернулся и посмотрел на протянутый ему пакет. Он не стал его брать, а просто молча смотрел на него.

— Один — один, — хмыкнул Лемешев. — Илья Ильич, мне кажется…

— Мне не интересно, Андрей, что тебе кажется, — резко оборвал его Пятаков. Он снова отвернулся от Гурова и Крячко и стал смотреть себе под ноги. Но Лев Иванович уж понял, что Илья Ильич начал остывать.

«Как утюг. Включили — нагрелся моментально, выключили — остыл», — сделал сравнение Лев Иванович и, забрав у Крячко улику, сунул ее в карман, а вслух заметил:

— Я пока что не уверен, что пуговица принадлежит убийце. Хотя и ни к одной из вещей Кирьяновых она тоже не подходит. Мы уже это проверили.

— Кирьянова могла избавиться от вещи, — буркнул все еще недовольный Пятаков.

— Зачем? Только потому, что на ней оторвалась пуговица? — усмехнулся Лев Иванович. — Есть вариант, что пуговица могла оторваться от одежды предыдущих жильцов номера. Но это нужно еще уточнять. Возможно, кто-то из горничных, обслуживающих номер, узнает эту пуговицу. Ты ее показывал Мире? — спросил он у Крячко.

— Забыл, — махнул тот с досадой рукой. — А ведь брал ее у тебя, чтобы показать!

Илья Ильич молчал."

"— Так вот, — Крячко решил, что может продолжить свою прерванную мысль. — Мира Евсеева, когда я сказал ей, что Роднина призналась нам в том, что Кирьянову пускали в бассейн, тоже не стала отпираться и рассказала, что утром, в день убийства, действительно открывала выход на крышу. Она пошла сразу же после звонка Родниной. Это было без десяти минут пять. По ее словам, Терентьев вышел из комнаты вместе с ней. То есть он ушел из отеля около пяти. Перед тем как нам приехать в управление, я подходил к дежурному регистратору и спросил его, действительно ли это так. Тот подтвердил слова Евсеевой.