Убийца возвращается дважды

Что привело?

– Определяюсь с перечнем дел для возобновления производства. Одно уже выбрала, но, похоже, оно не из простых.

– А вот это зря. – Стратонов присел рядом. – Всех старых дел не раскрыть. Следует выбирать попроще.

– Очень зацепило оно меня. Понимаешь? – сказала Анна.

– И что же в этом деле нерядового?

– Восемьдесят девятый год, убийство женщины в ее собственном доме. Десятилетняя дочь жертвы – свидетель.

– В том-то и дело, что нет.

– Неужели оставили в живых?

– И это странно. Возможно, повезло, но только вот ведь какая штука… – Анна ненадолго задумалась. – Теперь она сорокалетняя женщина и мало что помнит. Пробовала ее разговорить, но ничего не вышло.

– Не помнит или не хочет вспоминать?

– И здесь ты попал в точку. Думаю, и то и другое. Попробуй докопаться.

– Вот и я говорю: брось это дело. Нераскрытых в архиве полно, подыщешь что-нибудь более подходящее.

Анна ненадолго задумалась, а потом спросила:

– Григорий Кузьмич? – Стратонов поднялся со стула, прошелся по кабинету и сел на свое место, словно отделяя официальный разговор от приватного. – Следователь, старейший работник нашего управления.

– Если быть точным – дорабатывает. Давно бы его уволил, но ради семьи пошел навстречу. Он все же многодетный отец.

– Сколько ему сейчас? – спросила Анна.

– Кажется, шестьдесят четыре.

– Да уж куда там! Пятеро детей, младшей дочери – десять.

– Надо же. – Она покачала головой. – Могу с ним поговорить?

Стратонов поднял трубку:

– Ирина, Ускова разыщи. Скажи, пусть срочно ко мне зайдет.

– Да я и сама бы к нему сходила, – сказала Анна.

– Так не годится, – серьезно заметил Стратонов. – Для начала представлю вас друг другу, а там поступай как знаешь.

– Что он за человек?

– Что за человек? – Стратонов ненадолго задумался. – Звезд с неба не хватает.

– В начале своей карьеры я с ним работал так же, как сейчас Платонов с тобой, – что-то вроде стажировки или, как тогда говорили, наставничества. У него были занятные правила. Усков как в той поговорке: всегда искал не там, где потерял, а там, где светло. Еще он считал, что каждый документ должен вылежаться.

– Например, отписали тебе распоряжение, а ты положи его в ящик стола и на время забудь. Глядишь, через недельку-другую принесут второе распоряжение, которое отменяет первое. Вот так. И ничего делать не надо, меньше движений.

– Очень рационально.

– Рационально – да, – согласился Стратонов. – Однако не всегда работает. Усков частенько подвергался взысканиям, карьеры так и не сделал.

Из динамика на столе раздался голос секретарши:

– Алексей Климович, здесь Усков.

– Пусть заходит, – сказал Стратонов.

В кабинет вошел приземистый, плотный человек с выдающимся животом.