Убийство с отягчающими

Однако, научившись изворачиваться перед начальством – а мало кто сомневается, что так поступают все без исключения сотрудники милиции, вопрос лишь в том, что некоторые делают это стыдясь, основная же масса беззастенчиво, – они поднимаются – и нюх их мгновенно притупляется. Работы у низового звена милиционеров всегда много. Материалы старые, на которые не хватает времени в связи с валом поступающих новых, постоянные выезды, писание документов – штат МВД всегда неполон, и работы всегда больше, чем сотрудников, желающих ее выполнить. А спрос за работу от количества вакансий не зависит. В этой связи сыщикам, следователям и инспекторам приходится прибегать к старому как мир способу ухода от ответственности. Составлять протоколы допросов лиц, которых никогда в жизни не видели, и делать осмотры помещений, в которых никогда не бывали. Выводить справки и списывать материал, благо закон предлагает для этого немыслимое количество возможностей.

Потом люди уходят наверх, и тут чувство постоянной собственной опасности начинает притупляться. Руководителей в милиции за низкое качество работы снимают, но происходит это только с теми, кто безмозгл совершенно. Остальные работают, ходят на совещания, пишут бумаги, требуют с подчиненных так же, как требовали недавно с них, и знают при этом, что их обманывают так же, как они недавно обманывали своих начальников. Это основной принцип работы в милиции, где главным является не качество выполняемой работы, а количество раскрытых преступлений, расследованных дел и отработанных материалов по заявлениям граждан.

Эту теорию единства и противоположности существования современной российской милиции можно хаять, обвинять людей, занимающихся ее продвижением в свет, в непатриотичности, преступности и дилетантстве. Однако невозможно доказать, что она не имеет права на жизнь, по той причине, что она верна.

Так вот, поднимаясь по иерархической лестнице МВД, сотрудники отписываются, отписываются и отписываются. Чем выше ступенька, тем больше спрос. Но спрос не по существу, а по форме. Раньше милиционера спрашивали: «Петя, почему до сих пор не раскрыто убийство гражданина Тупоносова?» – и милиционер отвечал: «Мой человек доложил, что подозреваемый Остроносов вчера вечером выехал в Алтайский край. Но я уже сориентировал сотрудников местного уголовного розыска на задержание. Вот написанная мною ориентировка, вот агентурная записка, вот написанная мною справка о времени отправления поезда». После такого ответа вряд ли можно думать о подчиненном как о трутне, хотя в этой ситуации дураку понятно, что все бумаги написаны две минуты назад в кабинете.