У врага за пазухой (СИ)

Даже упоминание такси воспринималось как личное оскорбление и было поводом послать меня к черту.

— Или едешь с Федором, или я прямо сейчас блокирую дверь, и ты остаешься здесь до вечера.

— Думаю, мы найдем чем заняться.

— С таким отношением к женщинам неудивительно, почему ты до сих пор не женат, — вспыхивает эта злючка.

Хочется ответить, что ей после двух браков, конечно, виднее, но вместо этого стискиваю крепче и, пока не нагнул прямо у стены, выпроваживаю за дверь.

После отъезда вредной акулы я тоже собираюсь. На работу по-прежнему положен большой и толстый болт. К сожалению, пара вопросов требует срочного участия.

Пока еду в офис, набираю знакомого адвоката. Именно ему этой ночью пришлось вытаскивать свой зад из кровати и спешить в отдел освобождать Самсонову.

Отблагодарив юриста, я звоню Климу. За последние две недели племянник превратился в Неуловимого Джо. Счастье в виде свалившихся на голову дочери и прежней любовницы полностью выбило его из рабочего процесса и грозит нам всем неприятностями.

Как можно было догадаться, сейчас Клим тоже не на месте. Целая минута препирательств — и этот дятел наконец диктует адрес, предупредив, что может быть занят.

Чем занят, не уточняю. Однако стоит припарковаться рядом с нужным домом, сразу же становится ясно.

— М-да, клиент потерян.

Я жму руку Николаю, одному из главных спецов Клима по безопасности.

— Полностью. Дочка веревки вьет, а Диана Дмитриевна носки из этих ниток вяжет, — усмехается Николай, глядя на небольшую лужайку.

Там маленькая девочка в розовом платье, ее красавица мать и мой племянник, в дорогом костюме сидящий задом на траве. Хоть сейчас доставай фотоаппарат и делай снимки для каких-нибудь сопливых бабских журналов.

— И долго он уже так пятую точку морозит?

Нужно позвать Клима, но что-то останавливает. Может, то, что никогда раньше я не видел на его роже столько счастья. Может, мелкая, так сильно похожая на папку, что не нужны никакие тесты ДНК.

— Уже... — Николай смотрит на часы, — час и пятнадцать минут.

— Нехило! — присвистываю.

Я слишком хорошо знаю своего племянника. Клим бульдог во всем, что касается бизнеса. Порвет любого, кто посмеет зайти на его территорию. И одинокий волк — в личном.

— Это ничего. Вчера почти весь день так играли. Охрана чуть солнечный удар не схватила, — разминая плечи, смеется Николай. — Пришлось внеплановую пересменку им устроить.

— Лучше бы он увез их подальше, пока здесь все не закончится.

Чем больше смотрю на этих троих, тем паршивее на душе. Некстати вспоминается свое. Огромный живот жены, розовые комбинезончики, которые мы вместе покупали для дочки, и снимок УЗИ. Последний. Врач выдал мне его, после того как подтвердил смерть.

Совсем не об этом стоит сейчас думать, но ничего не могу с собой поделать.