У врага за пазухой (СИ)

Не знаю, зачем мне эта информация. Она сама всплывает в памяти, когда смотрю на одинокую фигуру в дверном проеме.

— Вы к кому? — спрашивает Агеев у водителя Вольского.

— Я за ней! — Федор указывает колючей челюстью в мою сторону и взмахом руки требует, чтобы шла за ним.

— Не понял! — Агеев аж закашливается от такой наглости.

— Вы к начальству зайдите. Лучше прямо сейчас. Вам объяснят.

Мне все же не показалось во время первой встречи — Федор идеально вписался бы в образ холопа. Очень хочется спросить, знает ли он об одном важном событии, случившемся в тысяча восемьсот шестьдесят первом году*, или про Юрьев день.

— Это какая-то шутка? — Следователь протискивается мимо Федора.

— Шутить указаний не было. — На лице водителя ни одной эмоции.

— Шапито какое-то. С клоунами! — обернувшись ко мне, бросает Агеев и тут же добавляет: — Я сейчас буду. Никуда не уходить!

Как только он скрывается в коридоре, от сонливости не остается и следа.

— Вы правда заберете меня отсюда? — Встаю со стула.

— Кира Игоревна, вы это... сумочку не забудьте. — Федор ничего не объясняет. Снова машет, чтобы шла за ним, и поворачивается к выходу.

— Это ведь не побег из-под стражи, так? — Воровато озираясь, иду следом. — Мне нельзя в бега. У меня мама, квартира и работа.

После нескольких часов допроса мозг работает в каком-то особом режиме — постоянно притормаживает и вместо нормальных логических выводов подкидывает всякие страшилки.

— Шеф сказал забрать вас. Я забираю.

Федор, кажется, вообще не задается никакими вопросами. Пришел, увидел, наследил. Ноль рефлексии. Все просто и четко.

— А ничего, что я задержана по подозрению в убийстве?

Наверное, лучше вернуться в кабинет и не рыпаться до разрешения Агеева. Вряд ли он сочтет уважительным решение чужого шефа, что подозреваемую нужно забрать.

— Если вы здесь, значит, больше не задержаны, — в фирменной манере бубнит Федор и открывает передо мной дверь танка.

— Вообще-то пособничество при побеге — это тоже статья.

Застегивая ремень безопасности, смотрю назад. Фантазия рисует бегущего за нами с собакой и автоматом Агеева, вспышки фонарей, крики и сирену. Однако проходит минута, а на крыльце так никого и нет.

— Ярослав Борисович сказал только забрать. О пособничестве распоряжений не поступало.

Словно таксист, забирающий из клуба нетрезвую клиентку, Федор окидывает меня внимательным взглядом, останавливается на ремне и сумочке. А затем заводит машину.

Шоковое состояние длится минут десять. Отмираю, лишь когда выруливаем на Невский. Направление, мягко говоря, не мое, с каждым метром мы только удаляемся от квартиры.

Если бы за рулем сидел кто-то незнакомый, — какой-нибудь бомбила из южных стран, — еще можно было бы поверить в ошибку.