У Великой реки. Битва

Саломи, жена Полухина, пошла следом, сноровисто держа карабин на сгибе локтя, а громоздкая домоправительница осталась у лестницы.

– Сигнал какой? – спросил стоящий в темном углу старейшина Рарри.

Если бы не обычное для всего их гномьего племени сопение, его и не разглядеть там было.

– Говорил же, фонариком кругами размахивать буду. И тогда уже не задерживайтесь, сразу дуйте к нам что есть дури. Понятно?

– А чего тут непонятного? Ты уж нас совсем-то за дураков не держи, – хмыкнул гном.

А я и не держу, просто привычку имею в такие моменты повторять все по двадцать раз, чтобы потом не оказалось, что кто-то кого-то неправильно понял и от этого все накрылись известно чем.

– Ну что, все обсудили? У кого вопросы или что?

– Да какие тут вопросы. Ждем сигнала – и пошли, – сказал поручик.

Я пустил по кругу флягу с чаем для ночного зрения. Нам сейчас каждая малость пригодиться может. И действительно – через пару минут темнота вокруг как будто немного раздвинулась, превратившись скорее в темные сумерки.

Ждать сигнала пришлось недолго. Послышался негромкий свист с улицы, и из верхнего окна в темноту вылетели четыре маленьких, но ярких светящихся шарика, выстроившихся в одну линию и медленно поплывших в сторону длинного здания «Барабана».

– Сигнал, пошли! – махнул рукой поручик, и мы по одному выскочили в окно первого этажа, оказавшись на стоянке машин.

Затем, сильно пригнувшись, я перебежал в тень, отбрасываемую на пыльную землю городской стеной. Недаром мы именно в это время решили пойти на наше рискованное дело: тень должна довести нас до ближайших заборов, а до них не меньше четырехсот метров – полоса отчуждения уставная. Не доведет – и нам кранты.

Вроде пока все тихо. Внимание всех сидящих в «Барабане» должно быть приковано к четырем светлячкам, летающим над площадью подальше от нас, крадущихся в тени. Они должны изображать некое опасное и доселе невиданное чародейство, угрожающее засевшим в трактире.

А светлячки действительно целое представление устроили. Выстроившись в линию, они, издавая заунывный вой, неумолимо приближались к позициям противника. И я даже чувствовал короткие уколы магии с той стороны – кто-то пытался прощупать, чем может им угрожать эта новая напасть. Хорошо бы, чтобы и не удалось, не хрен им щупать.

Я пошел первым во главе нашего маленького отряда. Пока никто не шумел, тревогу не поднимал, в нас не стрелял. Если удастся дойти до заборов, то можно быть уверенными, что наш маневр остался незамеченным – не будет лучшей возможности перещелкать нас, как в тире, чем именно сейчас, когда мы выстроились вдоль высоченного частокола городской ограды. И магии никакой не надо: освети нас обычной ракетой или фонарем – и пали на выбор. Но пока боги миловали.