У Великой реки. Битва

Только бы в замке был, не уехал никуда. Обидно будет разминуться. О том, что может случиться с нами, если мы не разминемся, думать не хотелось.

– С того раза его еще видела? Здесь он сейчас?

– Откуда мне знать? Заперли меня – и забыли.

– Женщину молодую не видела? – спросила Маша. – Молодая, худая, высокая, длинные светлые волосы.

– Нет, никого больше не видела, – покачала головой вампирша.

– Вас так и держат здесь? – опять вступил я в разговор.

– Иногда уводят. Слуги эти самые. Обратно никто не возвращается.

– Нет, – слегка усмехнулась она. – Когда меня сюда тащили вдвоем, я даже брыкнуться не могла. А их двое было. Сами подумайте, смогли бы люди? Да и вообще они какие-то странные.

– Тяжелые очень, – задумчиво сказала вампирша, прищурившись и словно анализируя впечатления. – Я одного оттолкнуть ухитрилась что есть сил, а он только на пару шагов отступил. И такое впечатление было, что статую толкаю.

После этих слов Маша, Лари и я дружно переглянулись. Что-то это все очень напоминает. А Маше так особенно.

– Ну что, откроете дверь? – нетерпеливо спросила пленница, побарабанив пальцами по прутьям решетки.

Затянутая в черную перчатку рука Лари метнулась к ней, вцепившись в волосы, вдавила лицом в решетку, причем ловко так, как раз меж двух знаков Солнца. На палец в сторону – и ожог до конца вечной жизни. Черты красивого лица снова заострились, показались клыки, засветились глаза. В голосе опять послышалось сдержанное рычание:

– Если хоть шаг сделаешь без разрешения – отрежу голову. Поняла?

С последними словами Лари так сильно прижала жертву к прутьям, что я даже слегка испугался за ее лицевые кости. А та заметно перетрусила, что для вампиров совсем не характерно. Почуяла силу. Ничего, ей полезно. Отпускать все равно придется, раз обещано: за обещаниями боги следят, – но вампиры такой народ подлый, что доверять ей страшновато. Души нет, внутри пустота, могут что угодно сотворить.

– Да поняла я, поняла! – аж взвизгнула вампирша, стараясь вырваться и понимая, что не получается.

Верно, молодая вампирша демонессе по силе не соперник. Дорасти еще надо.

– Обезьяна, что мы убили, за тюремщика была? – спросил я.

– Да, он клетки охранял! – уже проскулила пленница. Лари с силой оттолкнула кровососку назад – так, что та отлетела к задней стене камеры и изрядно приложилась затылком. Но ничего, сразу вскочила, вид одновременно испуганный и злой.

– Посиди пока, – сказал я и направился назад, к гномам, которые стояли с настороженным видом возле туши убитого чудовища.

Кстати, тварюгу эдакую вообще стоит рассмотреть, я таких еще не видел. Вон какой топор валяется на полу, – значит, еще и разумное оно было. Подошел вплотную, чуть не задыхаясь от отвратной вони, присел на корточки. Самая натуральная обезьяна.