За пазухой у дракона (СИ)

Что ты помнишь о родителях?

Антия покачала головой и развела руками. Прикрыла глаза, потерла виски. Даже покрутила головой. А когда снова открыли глаза, в них дрожали слезы.

— О, милая!.. — Я порывисто обняла малышку, прижала ее к себе. Обычно такая жизнерадостная и веселая, теперь она была подавленной и печальной. Даже кожа ее выглядела бледнее обычного. — Прости нас, пожалуйста, мы не хотели причинить тебе боль.

— Но чтобы защитить, должны знать о тебе как можно больше, — заметил Бэлтрен. И сообщил уже мне: — Думаю, ее память стерли одновременно с блокировкой магического дара. И сделали это для ее же безопасности. Вот только дар очень силен и изредка прорывается через защиту.

— Ты… Твои силы помогут Антии восстановить голос?

Как бы мне хотелось, чтобы малышка разговаривала. Но страшно даже представить, на что будут готовы те, кто решит воспользоваться ее даром. Он — слишком сильное и желанное оружие для многих.

— Не думаю, что мне следует даже пытаться, — рассудил дракон, поглаживая Антию по вздрагивающей спине. —  Могу сделать хуже. Но чутье подсказывает, что со временем дар Антии проявится в полную силу. Вероятнее всего, с наступлением совершеннолетия. А пока нам стоит следить за тем, чтобы об этом никто не прознал. Да и после тоже.

Обнимая меня за шею одной рукой, второй Антия потянулась к Бэлтрену. Малышка держала нас обоих, словно наша близость давала ей силы успокоиться и прийти в себя. Я же чувствовала себя несколько неловко, находясь так близко около дракона.

— Ой!.. — В комнату заглянула матушка Грэси и, растерянная, застыла на пороге. На ее морщинистом лице просияла благодушная улыбка. — Пришла сказать, что собираюсь идти спать. Но как же приятно видеть вас такими…

Она даже всплакнула, утирая слезы краем фартука.

Я мне стало совсем не по себе. Еще и дурацкий браслет стал накаляться, распространяя жар по всему телу. Я бы хотела отстраниться от дракона, но не могла оттолкнуть Антию.

— Милая, хочешь, я уложу тебя спать? — позвала матушка Грэси. — Антия, малышка, как насчет твоей любимой сказки на ночь?

Девочка одновременно отпустила нас с Бэлтреном и убежала к матушке. Мы же шарахнулись друг от друга. Точнее, это я рванула в сторону, оставив дракона растерянно сидеть на ковре.

— Не сбегай! — предупредили меня. Бэлтрен похлопал по ковру рядом с собой, как будто я была его комнатной болонкой. — Вернись, Каталина, нам надо поговорить.

Тон его был серьезен, но в глазах отплясывали золотые черти. Напрасно он надеялся  увлечь меня разговором и усыпить бдительность. Я всегда начеку.

— Поговорим утром, — проговорила, спеша откланяться. — Мне есть о чем подумать этой ночью.

— Надеюсь, это так или иначе связано со мной? — самодовольно заметил дракон, тряхнув темными, как смоль волосами.

— Вот еще!..