Тысяча поцелуев

Выдохнув ее имя, он коснулся пальцем средоточия ее женственности.

– Хью!

Он улыбнулся и, не отнимая губ от ее нежной шеи, скользнул пальцем в ее жар. Ее тело дернулось, но вовсе не от желания освободиться, даже когда его пальцы начали в ней свой восхитительный танец: большой касался самого чувствительного местечка, слегка нажимал на него, потом медленно обводил… еще… и еще.

Сара что-то бессвязно бормотала, голова ее металась на подушке, а Хью хотел, чтобы она все осознавала, чтобы испытала наслаждение и знала, что он ее боготворит.

– Расслабься.

– Это невозможно…

Хью усмехнулся, хотя не знал, каким образом ухитряется держать в узде свои желания: может, помогали тугие панталоны, а может, осознание, что сейчас не время и не место. И сейчас ему хотелось только одного: доставить удовольствие ей, Саре, своей Саре.

Он хотел видеть ее лицо, когда она забьется в конвульсиях экстаза; хотел сжимать ее в объятиях, когда она, вздрагивая, спустится с небес. Все, чего желал бы он, может подождать, а это – только для нее.

Но когда это случилось, когда смотрел в ее лицо и держал в объятиях, пока ее тело пело от блаженства, он понял, что все это было и для него тоже.

– Твоя кузина вот-вот вернется, – шепнул Хью, когда ее дыхание выровнялось, а тело перестало вздрагивать.

– Но ты ведь запер дверь, – так же тихо ответила Сара, не потрудившись открыть глаза.

Он улыбнулся ей, сонной, такой очаровательной.

– Ты ведь знаешь: я должен уйти.

– Знаю. – Она приоткрыла один глаз. – Но мне это не нравится.

– Я был бы уничтожен, услышав другой ответ.

Хью соскользнул с кровати, радуясь, что полностью одет, взял трость и пообещал, целуя ее в щеку:

– Увидимся завтра.

И прежде чем успел поддаться искушению, пошел к двери.

– Хью!

Он обернулся и увидел ее улыбку – как у кошки, слизавшей сливки.

– Да, любовь моя?

– Я сказала, что мне не нужно кольцо.

Он поднял бровь:

– Но мне-то нужно.

– Ну тогда… – Она пошевелила пальцами. – Кольцо. Это чтобы ты знал.

Он откинул голову и рассмеялся.

Глава 22

В ту же ночь…

В доме царила тишина, когда Сара на цыпочках кралась по темным коридорам. Уиппл-Хилл не был ее родным домом, да и с визитами она пробыла тут не больше года за всю жизнь, так что было бы большим преувеличением сказать, что она знает его как свои пять пальцев.

Никогда не узнаешь дом как следует, если не бегал здесь ребенком. Прятки – вот лучший способ исследовать все чердаки и закоулки. Но самое главное ей было известно: кто-то упомянул несколько дней назад, что лорду Хью Прентису отведена северная зеленая спальня, так что она точно знала свою цель и как туда добраться.

Когда Хью этим вечером покинул ее комнату, ровно за пять минут до возвращения Хонории, Сара подумала, что спокойно заснет и будет спать долго и крепко.