Тысяча поцелуев

Еще больше ее поразила реакция Хью: пожав плечами, тот сказал:

– У меня нет возражений.

– Но…

У Сары не нашлось слов. Она и сама видела своего отца не часто: тот редко покидал Девон, а Саре приходилось повсюду ездить с матерью в бесконечных поисках подходящего мужа, – но все равно любила и не могла представить, что могла бы спокойно выслушивать оскорбления в его адрес.

– Не у всех отцы добрые и благожелательные, к тому же с пятьюдесятью тремя гончими, – вздохнул Хью.

Сара надеялась, что ей показалось, будто в его голосе прозвучали снисходительные нотки, и она сухо осведомилась:

– Какое отношение это имеет к происходящему?

– Объясню. Мой отец – осел, спятивший сукин сын, который обожает издеваться над людьми. – Хью подступил ближе, и в голосе его звучала ледяная ярость: – Он совершенно безумен, какую бы маску ни надевал, и его совершенно невозможно урезонить, когда он вонзает во что-то зубы.

– Например, в меня, – вставил Дэниел.

– Во что угодно, – отрезал Хью, – но да, и в вас тоже. Вот вы… – Он посмотрел на Сару, и голос его стал неприятно ровным: – Вы бы ему понравились.

Ей стало плохо.

– Титул вашей семьи восходит к Тюдорам, и приданое у вас, должно быть, приличное. – Хью прислонился бедром к подлокотнику кресла и вытянул перед собой изуродованную ногу. – Но важнее всего то, что вы здоровы и способны вынашивать детей. – Сара молчала, и он подвел итог, пожав плечами: – Мой отец будет вас обожать.

– Хью, – начала Сара, – я не…

И замолчала, потому что не знала, как закончить фразу: этого человека она не узнавала. Жесткий, циничный, и говорил о ней так, что она чувствовала себя выжатой досуха и вывалянной в грязи.

– Я даже не его наследник, – добавил Хью, и Сара почувствовала в его голосе что-то будоражащее душу, что-то сердитое, что-то готовое взорваться. – Ему бы вообще не должно быть дела, будут ли у меня дети: у него есть Фредди, на которого и следует возлагать надежды, о чем я все время ему и твержу…

Он внезапно отвернулся, но не раньше, чем Сара услышала произнесенное шепотом проклятие.

– Я не знаком с вашим братом, – выпалил Дэниел, после того как тягостное молчание длилось едва ли не минуту.

Сара подняла на него глаза и по насупленным бровям поняла, что он не столько разозлен, сколько горит любопытством.

Хью не обернулся, но без всякого выражения произнес:

– Он не вращается в ваших кругах.

– С ним что-то не так? – осторожно спросила Сара.

– Нет! – прогремел Хью и так резко развернулся, что потерял равновесие и едва не рухнул на пол.

Сара бросилась было к нему с намерением поддержать, но Хью протестующе вытянул руку и проворчал:

– Я в порядке.

Но Сара видела, что это не так.