Тыквенное поместье для нелюбимой жены дракона

Грейс заинтересовалась цукатами, и я не стала делать из этого тайны. Предложила в следующий раз готовить вместе. Правда, прежде чем снова браться за такую работу, я хотела быть уверенной, что мои силы не будут потрачены зря.

Зато Софи я по полной запрягла, хоть мне и было немного стыдно. Пока Грейс заканчивала с обустройством дома, Софи варила и жарила тыкву и мясо, раскатывала тесто и лепила пирожки. Я, к сожалению, могла лишь руководить. Порывалась пару раз поучаствовать, но Софи каждый раз повторяла, что она и сама справится, а мне нужно беречь себя. Иначе дэйн Мортон…"

"На второй день рука почти перестала болеть. Я с самого утра предупредила Грейс, что иду в Лостейн, попросила не беспокоиться и присмотреть за детьми. Хотела сперва взять их с собой, но решила, что сейчас-то мы не станем ходить по лавкам, а слушать деловые разговоры про поставку цукатов, им будет просто скучно.

Софи вызвалась составить мне компанию, сказав, что ей все равно нужно купить свежей зелени и других продуктов. Я сомневалась в ее словах, потому что продуктов в доме теперь было просто немерено. Один из больших шкафов кухни теперь был похож на холодильник: у задней стенки стоял мерцающий голубым камень, который охлаждал воздух вокруг себя.

Когда я впервые его увидела, мне стоило больших усилий не подать виду, что я удивлена. Нет, подумаешь, будто я никогда такого не встречала!

Уже потом, оставшись одна, я в очередной раз восхитилась возможностям магии. Так, скоро и бытовая техника не понадобится. Если такой камень в жаркий день поставить в комнате, будет почти кондиционер.

В любом случае идти с Софи было легче и веселее. Она несла тяжелую корзинку с пирожками и, оставшись без присмотра старшей коллеги, даже позволила себе рассказать мне пару сплетен про столичных знаменитостей. Я, конечно, не особо поняла, о ком идет речь, но когда все разговоры сводятся к раздаче указаний, рано или поздно начинаешь скучать по простым, ничего не значащим беседам.

Майлз встретил нас с огромным нетерпением. Кажется, его с самого утра осаждали на предмет пирожков. Завидев мою руку, которую я все еще держала на перевязи, он начал громко сокрушаться и переживать, что совсем не подумал о том, что я не могу каждый божий день готовить на всю прорву желающих. И в конце концов, я же дэйна, а не стряпуха…

Поток слов лился рекой, так что я, воспользовавшись Софи как живым щитом, оставила ее поддерживать разговор, а сама тихонько слиняла к торговцу экзотическими продуктами.

– Я знаю, кто вы. – Торговец, не мигая, смотрел на меня, когда я представилась. – Дэйна, что сама ходит на рынок.

– Но вы не знаете, что я хочу вам предложить. – Я улыбнулась ему, но он оставался насуплен, будто тот факт, что я сама хожу за покупками, делает меня прокаженной.