Тыквенное поместье для нелюбимой жены дракона

Просто стоял и ждал, пока я открою дверь. Потом просочился в узкую щель, а мне пришлось проследовать за ним.

Я думала, что он поведет меня к столу Джеспара, но кот прошествовал к узкому шкафу и встал на задние лапы, то ли потягиваясь, то ли пытаясь достать передними до третьего снизу отделения.

– Хорошо. Я посмотрю здесь. – Я зачем-то прокомментировала свои действия, когда открывала дверцу шкафа. Кот отошел в сторону и совершенно обыденно принялся вылизывать лапку, перестав обращать на меня внимание. А я уставилась на плотно составленные книги на полке. Ни одна из них не была подписана на корешке. Пришлось доставать по одной и просматривать каждую.

Одна, вторая, третья… Книги стояли так плотно, что практически слиплись, так что мне приходилось медленно отклеивать их друг от друга, надеясь, что я не поврежу обложки. Пятая, седьмая, девятая…

Я пролистала девятую. Глаз зацепился за одну из строчек, и я, медленно оседая на пол, прочитала строку целиком, за ней еще одну и еще.

В горле колючим ежом встал ком, ладошки вспотели, а сердце заколотилось у горла. Строчки поплыли перед глазами, и мне пришлось как следует проморгаться, чтобы перечитать то, что я и так четко видела еще секунду назад. Ох, мамочки! Только не это!

“Всякий, кто окажется, облачен в тело, не принадлежащее ему по праву рождения, должен быть немедленно подвержен строгому исследованию и допросу” – Гласили высокопарные строки свода законов и указаний в тонкой книжице, предназначенной для “каждого владыки Пределов”, кем и являлся Джеспар.

Я снова и снова перечитывала словесные кружева, выхватывая саму суть этого страшного для меня закона.

“...подселенцы, нарушающие естественный порядок вещей, … будут направлены в специальный департамент…”, “По завершении допроса, … будет подвергнут суду … правосудие королевства Аэстерра не знает пощады…”, “Пусть каждый житель Аэстерры помнит о своей ответственности перед обществом…”

У меня закололо сердце и одновременно обожгло плечо в месте, где находился знак дракона. Я потянулась к плечу, но в последний момент отдернула руку. Не знаю, как связаны наши метки, но я дала себе слово лишний раз к ней не прикасаться после того случая в ванной. Ведь именно тогда муж примчался в поместье ни свет ни заря.

Значит, в этом мире уже не первый случай, когда кто-то из другого мира занимает чужое тело. И теперь я что, вне закона?

Я и до этого не планировала афишировать свое происхождение, но только сейчас в полной мере поняла, как это опасно. И в каком ужасном положении я оказалась. Ну почему меня нельзя была закинуть в тело жены какого-нибудь крестьянина? А лучше бы и вовсе в тело одинокой дамы. Пусть даже с сорока кошками.