Тыквенное поместье для нелюбимой жены дракона

Отсюда даже дом был виден с трудом. Но именно здесь, по словам Лили, была некая дыра в заборе, через которую они с Логаном и проникли в поместье. Правда, я никакой дыры не видела.

– Вот она. – Лили уверенно ткнула пальцем в промежуток между прутьев, а потом легко протиснулась на другую сторону.

Теперь я заметила, что расстояние между прутьями было больше, чем в других местах. Но все же…

Логан последовал за сестрой, и теперь оба ждали меня по ту сторону забора. Я подошла ближе, на всякий случай сперва провела рукой между прутьями, опасаясь какого-то магического барьера. Мало, вдруг он настроен на меня лично? Но рука свободно прошла в дыру.

Я примерилась, выдохнула лишний воздух и стала протискиваться. Да уж! Повезло, что Эвелин была такой тростиночкой. Будь она на пару кило больше, или имей более пышные формы, я бы сейчас просто застряла.

Но мне удалось пролезть без каких-то усилий. Оказавшись по ту сторону забора, я усмехнулась. Ну прям как в старом анекдоте: не удалось выйти через выход, пришлось выходить через вход. Вернее, пролезать с задворков. Видно, дэйн Мортон и предположить не мог, что его супруга станет лазать через забор, и запечатал только главные ворота. Мне его недальновидность только на руку. Теперь главное – не поправиться. А то буду как Винни Пух в гостях у Кролика.

Для верности пройдя еще пару раз туда и обратно, я убедилась, что лаз работает и на выход, и на вход, и только потом мы уверенно направились через негустой лесок в сторону широкой дороги.

Идти было не так далеко, как мне казалось поначалу. Дорога пролегала через лес, который отделял поселок от поместья. Листва, уже вовсю окрасившаяся в ярко-оранжевые и красные тона, не торопилась опадать, так что когда лес расступился, поселок вырос перед нами совершенно неожиданно.

Я повесила саквояж на сгиб локтя и взяла детей за руки. Оставалось лишь найти местный рынок и по возможности особо ни с кем не заговаривать.

Рынок нашелся практически сразу. Лили повела нас туда, откуда доносился разноголосый шум. Мы оказались на площади, где меня едва не сбила с ног какофония запахов. Мясо, выпечка, специи – все было разложено на открытых прилавках и насыщало воздух ароматами. Позади лотков виднелись приоткрытые двери в магазинчики с весьма понятными вывесками: портной, парикмахер, кузнец, аптекарь.

Наверное, у меня глаза загорелись. Но я заставила взять себя в руки и сперва не торопясь прошлась вдоль рядов, присматриваясь и прицениваясь. А так как тут не было не то что привычных мне этикеток, но и даже мало-мальских бумажек с ценой не наблюдалось, приходилось практически каждого торговца спрашивать про его товары. И каждый раз я слышала непонятное слово “мисты”.