Тыквенное поместье для нелюбимой жены дракона

Кулаки сжались, а до меня донеслось очередное ругательство на незнакомом языке. Ой-ей!

– Джеспар! – Крикнула, не тратя время на длинное “Дэйн Мортон”. Он обернулся с удивлением. Ох, кажется, он решил, что это я с кем-то воркую на кухне. Прямо у него под носом. На следующий же день после вчерашнего.

– Эвелин? – Он замешкался всего на секунду, а потом его глаза гневно сверкнули. – Кто это там?

Он развернулся и продолжил путь, но я обогнала его и первой влетела в кухню.

– Дэйна Мортон, а я вас жду. – Весело заявил Колби. Завидев Джеспара, он поклонился и добавил уже более серьезно. – Дэйн Мортон, приятного дня.

К моему счастью, Мортон не стал рычать или вцепляться Колби в глотку. Он остановился в дверях, выразительно глядя на меня.

– Ты уже закончил с тыквами? – Я обратилась к парню, пока Софи рассыпалась в приветствиях перед Джеспаром.

– Нет, дэйна, простите, я сперва хотел дождаться вас. – Колби выложил на стол передо мной кучу мистардов. – Майлз велел передать вам это и поблагодарить за пирожки и за то, что дали мне работу.

– Хорошо. А теперь иди займись тыквами. Софи. – Я строго взглянула на помощницу, из-за которой мы все тут чуть не лишились голов. – Помоги Колби с тыквами.

– Да, дэйна. – Она тоже поклонилась, и парочка быстро покинула кухню через дверь, ведущую в пристрой.

– Кто такой Майлз? И почему он дает вам деньги?

Я с трудом сдержала тяжелый вздох. Кажется, придется сознаться во всем прямо сейчас.

Джеспар Мортон

Джеспар Мортон не сводил взгляда со своей супруги все то время, что она рассказывала про какого-то булочника, про пирожки и цукаты, которые решила продавать. Он внимательно слушал, но мысли то и дело норовили вернуться во вчерашний вечер, когда он совершенно неожиданно для себя самого поцеловал Эвелин."

"После того как в прошлый раз он дал сам себе слово разобраться, что за дети живут в его доме, и решить все официальные вопросы с ними, работы прибавилось. Дела в столице никогда не заканчивались. Слишком много запросов, слишком много проблем во вверенном ему пределе. И все они требовали пристального внимания и его непосредственного участия.

А теперь, когда Дариус снова возник на горизонте, пришлось бросать все и вновь лететь в поместье. И без того долгий день, тяжелый перелет и всего десять минут на то, чтобы попытаться хоть немного расслабиться.

Неудивительно, что откровенная провокация со стороны Эвелин заставила его потерять контроль. Но если раньше он думал, что влечение к собственной жене обусловлено исключительно истинностью и желанием его внутреннего зверя, то во время поцелуя, такого горячего, что у него внутри просто загорался огонь, Джеспар осознал, что он сам, он – Джеспар Мортон, жаждал этого.