Ты жена мне, помнишь?

Растерявший всю свою благодушность Селестино яростно отбивается тёмными заклинаниями, но явно уступает в силе сейчас, когда не имеет преимущества из-за использования своей кровавой магии.

И как только они, попутно громя всё вокруг, оказываются достаточно далеко от спальни, Рэймандо в несколько шагов переносит меня к её двери.

– Спрячьтесь, – велит, пытаясь затолкнуть меня в убежище к девочкам.

– Нет. Я должна держать щит вокруг Федерика. Оттуда это будет намного сложнее, – упрямо мотаю головой. Хватаюсь за дверной косяк по обеим сторонам, всем своим видом показывая, что туда меня можно запихнуть только силой.

И Рэймандо сдаётся. Раздражённо зыркнув на меня, разворачивается ко мне спиной, занимая оборонительную позицию и закрывая собой.

И как раз в этот миг мессир вспоминает обо мне, видимо отчаявшись пробить защиту моего мужа. Нанеся серию ударов Федерику, он резко разворачивается и швыряет что-то в нашу сторону. Я успеваю лишь затянуть огненным щитом дверь спальни, чтобы не зацепило девочек. На то, чтобы прикрыть себя и Рэймандо, сил уже не хватает. И он принимает всю мощь тёмного заклинания на свои щиты.

Щиты не выдерживают, начиная рушиться на глазах, большое тело моего защитника бьёт крупной дрожью, когда он спешно наращивает новые. Селестино победно усмехнувшись, наносит новый удар… и с хрипом начинает оседать, когда Федерик пронзает его тело мечом.

И одновременно с этим с грохотом распахиваются входные двери, и в гостиную вваливается толпа боевиков.

Что происходит с противниками дальше я попросту не вижу, потому что пытаюсь удержать навалившегося на меня Рэймандо. Дверь позади не выдерживает двойного натиска, распахивается, и мы вдвоём падаем в спальню под испуганный визг близняшек. Больно приложившись спиной об пол, я чуть не теряю сознание от тяжести свалившегося сверху мужчины.

Пару минут беспомощно побарахтавшись под неподъёмным телом боевика, обречённо замираю, переводя дыхание. Воздуха катастрофически не хватает. Уже даже в глазах темнеет. И меня разбирает истерический смех, переходящий в неудержимые слёзы. Столько всего пережить и умереть, задохнувшись под телом своего защитника… это просто треш.

– Рэймандо, вы живы? Ответьте мне, пожалуйста, – зову хриплым севшим голосом.

Он молчит."

"– Не вздумайте умирать. Вы мне извинения должны, – бью кулаком по мускулистому плечу.

Глаза сами собой закрываются.

И в следующий миг тяжесть куда-то исчезает, заставив распахнуть их обратно.

– Лана, как ты? – перекатив друга в сторону и проверив его пульс, Федерик обеспокоенно смотрит на меня.

– На спине, наверное, синяк. Чуть не задавили. А так нормально. Спасай его, – бормочу, наконец-то жадно хватая ртом воздух. – Скажи, что он жив.

– Жив, – уверяет меня муж.