Ты же ведьма!

Метелка! На которой я рассчитывала улететь из костра после того, как до неба полыхнет порошок из кожи саламандры. Моя любимица-летунья все так же лежала на крыше. Это был шанс.

«Астарс!» — выплюнула вместе с выдохом слово призыва.

Послышалось дребезжание черепиц, и ко мне арбалетным болтом сорвалась метла. Я ни разу не запрыгивала на мчащуюся во весь опор лошадь. Никогда не пыталась схватить стрелу, сорвавшуюся с тетивы. Но маг, хоть раз укрощавший дикую, необлетанную метелку, все ловит на лету. В самом буквальном смысле ловит.

Однажды мне довелось усмирять бешеную летунью. Правда, тогда нижние юбки Магды Фокс увидело все западное крыло магической академии. В общем, особо гордиться нечем. Но события сегодняшней ночи с лихвой переплюнули тот случай.

Выпростав руку, я цапнула черенок. Еще доля мига — и он просвистел бы мимо меня. Метла, почувствовав хватку хозяйки, пошла на полукруг. Взметнулись полы халата, едва не мазнув одержимого по искаженному лицу, и я резко взмыла вверх, держа одной рукой черенок, другой прижимая к груди котел. Взлетела свечкой, сверкая на весь Хеллвиль своими панталонами.

Сердце выскакивало из грудной клетки, пульс стучал где-то в горле. Я выдохнула и зависла над площадью и крышами окрестных домов.

Раздался рык одержимого. Он бесновался внизу. Жаль, что недолго. Взяв бешеный разгон с места, красноглазый взбежал по части водостока, затем схватился за него, подтянулся… Мгновение — и он уже стоял на балкончике дома аптекаря Сватиша.

Одержимый легко мог выбить дверь и оказаться внутри. Свернуть шею спящему старику для служки, в которого вселился демон, было плевым делом. Вот только мне не хотелось избавляться от моего единственного конкурента таким жутким способом. И не важно, что Сватиш чуть ли не каждый день строчил кляузы на единственную ведьму Хеллвиля и лично носил их бургомистру.

Это ничуть не мешало старику приходить ко мне каждую седмицу за ингредиентами для своих пилюль. Торговались мы с ним яростно за каждый пучок трав. Даже если тот был пожелтевшим. Даже если от него разило мышами — на исходе лета я торопилась собрать побольше и не все успела высушить как следует.

Несмотря на скверный и склочный характер аптекаря, я не хотела, чтобы старик погиб сегодня ночью такой ужасной смертью. Вот не хотела, и все.

Я спустилась чуть ниже и, стуча зубами то ли от страха, то ли от холода, позвала:

Взгляд красных, словно уголья в печи, глаз «красавчика» вскинулся, мгновенно найдя меня, и он, как механическая кукла, медленно начал разворачиваться всем телом.

— Умри, — оскалился одержимый.

И тут меня осенило, что его единственная цель сегодня не темные, не старик-аптекарь, а ведьма. Глупая, продрогшая на ветру ведьма с котлом в обнимку.

Я ушла в сторону. И вовремя.