Ты только попроси. Сейчас и навсегда

Ты сводишь меня с ума, с ума,

Я от тебя без ума, детка.

Я схожу с ума, с ума, детка, я схожу с ума.

И это происходит каждый раз, когда ты уходишь.

Что мне делать, дорогая?

Мне так страшно…

После душа и небольшой разгрузки я возвращаюсь к себе в комнату. Прячу вибратор и включаю мобильный. Шестнадцать пропущенных звонков от Эрика. Я улыбаюсь и представляю, как он рассержен. Да пошел этот немец! Вот такая я мазохистка."

"Я хочу в сочельник быть красивой. И поэтому решаю надеть самое откровенное платье черного цвета. Настоящая бомба! Почему-то я уверена, что Эрик сегодня тоже будет в пабе… Наверное, я хочу, чтобы он умер от злости, поняв, что потерял меня.

Выйдя из комнаты, меня замечает сестра и восклицает, остолбенев от удивления:

– Дорога-а-ая, какое обалденное платье!

– Тебе нравится?

Ракель кивает и подходит поближе.

– Оно великолепно, но мне кажется, что оно слишком открытое. Ты так не считаешь?

В коридоре я смотрюсь в зеркало. Декольте платья стягивается серебристым кольцом, и вырез опускается до живота. Очень сексуально, и я это знаю. В этот прекрасный момент появляется отец.

– Боже мой, смугляночка, ты выглядишь просто потрясающе! – говорит он, рассматривая меня.

– Спасибо, папа.

– Но, послушай, жизнь моя, тебе не кажется, что у тебя слишком открыта грудь?

Я закатываю глаза, а сестра снова на меня набрасывается:

– Папа, я ей сказала то же самое. Она красивая, но…

– Ты собираешься работать в этом платье? – спрашивает отец.

– Да. А что?

Отец машет головой и чешет затылок.

– Ох, смугляночка! Не думаю, что Эрику это понравится.

– Па-а-апа, ну хоть сейчас можно не говорить о нем?! – раздраженно восклицаю я.

В этот момент заходит зять и останавливается, не сводя с меня глаз:

– Господи, свояченица, ты просто сногсшибательная!

Расплываюсь в улыбке и, повернувшись к отцу и сестре, говорю:

– Вот именно… именно это я и хотела услышать.

В половине десятого вечера мы садимся за стол и смакуем изысканные блюда, которые со всей любовью отец приготовил для нас. Креветки просто великолепны, а ягненок – пальчики оближешь. Ужин проходит в атмосфере веселья, больше всего мы смеемся над тем, что болтает племянница. После ужина я решаю подправить макияж. Пора ехать на работу. Я договорилась о встрече с Давидом и собираюсь обо всем забыть и хорошо провести время. Однако когда я возвращаюсь в обеденный зал, то застываю на месте при виде своей семьи, которая непринужденно беседует с… Эриком!

Увидев меня, он пробегает взглядом по моему лицу, а затем по всему телу.

– Привет, дорогая! – приветствует он меня, однако, заметив, как я на него смотрю, спешит исправиться: – Прости, вероятно, «дорогая» было лишним.