Только ты

– Еще как мое! Ты что, Фрол, совсем двинулся? Раздевалки перепутал? Куда прешь, придурок, не видишь, что здесь девчонки?

Петька Збруев не был из трусливых, а потому уверенно преградил старшекласснику дорогу, хмуро сдвинув брови. Только взглянув на Стаса, я поняла, что сейчас Петьке достанется – я уже знала этот его злой, ледяной взгляд. Но в последний момент сводный брат все же разжал кулак. Сказал твердо, глядя мне в лицо:

– Лучше пусть уйдет, Эльф, не то я ему зубы выбью. Не хочется расстраивать твою подружку.

Слова прозвучали грубо, и Збруев тут же выкатил грудь колесом, и не подумав отойти в сторону.

– Че-его? – бросил сердито. – Только попробуй, Фролов! Кто кому еще выбьет! Ты за меня не решай, понял!

Было видно, что еще немного, и ребята подерутся. Решимость Стаса войти в раздевалку легко читалась на лице, неважно, зачем он ко мне пришел. Даже если Петька и хотел, он не мог остановить его, я хорошо помнила недавнюю драку в автобусе с незнакомцами и злость, так легко вскипевшую в нем в прошлый раз. Заставившую чужих парней отступить.

Увидев, как напряглись лица Стаса и Збруева, почувствовав опасное напряжение между ними, я поспешила сказать:

– Не надо, Петь.

– Но, Настя! Что ему от тебя нужно? Пусть валит на все четыре стороны! Чего приперся?!

– Пожалуйста.

– И не подумаю! Тебе и так только что в спортзале досталось, чтобы еще и этот… этот тут с визитами доставал! Ты, Фрол, кажется, ошибся девчонкой!

Я знала, что нельзя, что Стасу наверняка не понравится мое признание, но Петька был хорошим парнем, я не хотела, чтобы он пострадал из-за меня.

– Нет, Петь. Он… Стас мой сводный брат. Он отвезет меня домой.

Я постаралась не смотреть в красивое сероглазое лицо с твердой линией рта, которое наверняка сейчас нахмурилось.

– Наверное, – добавила неуверенно, отводя взгляд.

Збруев продолжал упрямиться, пусть и замялся, услышав мои слова.

– Это правда? – обернулся к Стасу, однако тот не собирался ничего объяснять.

– Отвали, – только и сказал, легко оттеснив парня плечом в сторону, и войдя в раздевалку, захлопнул за собой дверь. Прошел узкой комнатой, остановившись передо мной. Медленно разжал ладони.

Он смотрел на меня, я это чувствовала, и мне пришлось поднять лицо. Голые ноги не получилось спрятать – лавочка была слишком низкой и широкой. Несмотря на выступление перед сотнями глаз, сейчас перед сводным братом, без кроссовок и носков, с вытянутыми ногами, я чувствовала себя почти раздетой. Потянув за край школьный жакет, что лежал на скамейке, прикрыла им колени, прижав колготы к груди.

– Болит?"

"Он спросил это резко, с глухой хрипотой в голосе и тут же шумно выдохнул, словно борясь с раздражением. Присел на корточки, не отводя глаз, внезапно вытеснив собой окружающее нас пространство.

– Немного.