Ты теперь не одна (СИ)

Сама с собой я и дома могу поговорить.

– И часто ты говоришь сама с собой?

– Бывает, – опустила она плечи, больше ничем не показывая своей нервозности."

"С трудом сдержался, чтобы не сказать ей, что она больше не одна. Что не пропаду больше и ее из вида не выпущу. И не позволю никому обидеть. Но смолчал, иначе пришлось бы объясняться. А я не был уверен, что она поймет меня правильно, не посчитав маньяком или придурком.

– Ладно, спрашивай обо всем, кроме работы.

– Что означают твои тату? – мгновенно загорелись любопытством ее глаза.

– Многие почти ничего не значат. Просто рисунки понравились.

– А вот тот, на предплечье, – она указала пальчиком на мою руку, и я напрягся. – Что он значит?

– Ничего, – спокойно соврал ей, – он давний, армейский. С друзьями накололи одинаковые.

– Это шлем ужаса, – спокойно произнесла Леся, вызвав у меня немалое удивление. О тайном значении этого рисунка мало кто знал, – древний скандинавский символ. Раньше его наносили только великие воины, потому что считалось, что выдержать и носить на теле этот знак может только мужчина с несгибаемой волей. Древние полагали, что если его усилить рунами, то воин будет непобедим. У тебя полный набор. А еще и змея его обвивает – это знак вечной жизни и перерождения. Символ Уробороса, если точнее. По другим источникам змея – символ мудрости.

– Ты знаешь скандинавскую мифологию? – изумился я.

– Я люблю читать, – улыбнулась Леся. – А скорпион на другой руке имеет для тебя значение?

– Да.

– И крохотная пуля на запястье?

– И она тоже, – хмыкнул я. Она безошибочно назвала три рисунка, которые имели для меня смысл. – А у тебя есть тату? – перевел я тему.

– Да, – вдруг смутилась Леся, – но тебе ее не покажу.

– Даже так?

– Да!

– И что там нарисовано?

– Птица. Феникс, – произнесла она, краснея, а потом, как и я недавно, перевела тему, вдруг признавшись: – А у меня завтра день рождения.

– Тогда с меня подарок.

– Не надо. Я не поэтому сказала.

– Знаю. Завтра встречу тебя с работы.

Она замялась на мгновение, прикусив губу, а потом решительно кивнула:

– Ладно.

Внутри все возликовало, и я мысленно начал прикидывать, что могу ей подарить.

– Отвези меня домой, пожалуйста, – попросила Леся, – уже поздно, а завтра рано вставать.

Я жестом подозвал официанта и попросил счет.

– Наелась? – уточнил у Леси.

– Объелась, – засмеялась она. – Спасибо.

Молча кивнул, расплатился по счету и, попросив ее ждать внутри, пошел за машиной.

Стоило только выйти на улицу, как почувствовал на себе чей-то взгляд. Нехороший. Напрягся, внимательно осматриваясь по сторонам, но из-за плотной стены дождя видимость была почти нулевая. Еще одно мгновение – и ощущение чужого взгляда пропало, но это не означало, что мне показалось. Скорее, наоборот.