Ты станешь моей

— О, ты проснулась? — в комнату вошёл Волокан. Что-о? В моём переднике с сердечками и с поварёшкой в руках. — Как самочувствие?

— Уже лучше, — выдыхаю я. — Зачем тебе черпак? — хмурюсь. — Решил меня им отшлёпать?

Он смеётся:

— Я приготовил тебе обед. Супчик. Хочешь?

Ничего себе. У меня едва челюсть не отвисла до самого пола. Интересно-интересно. Сам приготовил? Серьёзно? Это надо обязательно увидеть и оценить. Я киваю. Приподнимаюсь на локтях, но слабость валит меня обратно в постель.

— Лежи, Ник, я сам тебя отнесу на кухню.

Я не успеваю ничего буркнуть в ответ, Волк подхватывает меня на руки и как пушинку несёт в сторону кухни. Я чувствую себя какой-то мошкой на фоне этой зверины. От этого даже немного стесняюсь. А потом меня захлестывает волна гнева. Для чего это всё? Зачем? Достали игры! Не понимаю я его. Не понимаю… Он получил мою честь. Почему тогда бегает? Сорвался с мероприятия, прилетел из другого города. Я-то ничего ему не говорила. Папа всё, видать, передал. А-а-а-а! Чёрт! Опять папочка что-то затеял.

Я лакомлюсь стряпнёй араба и отмечаю, что у него кулинарный талант. Потрясающе! Такого вкусного супа я ещё в жизни не ела. Ни в одном ресторане.

— Давно ты готовишь?

— С сегодняшнего дня, — лыбится черноглазый упырь. — Гугл в помощь. Секрет — пища сделана с любовью.

Лёгкая улыбка сама по себе растягивает мои губы. Волкан сидит напротив меня, прям как заботливая мамочка в переднике, давит лыбу и любуется тем, как я за обе щеки уплетаю его похлёбку.

Вот смотрю на него, такого озорного, и думаю: как можно на него гневаться? Но вспоминаю очередной инцидент с Иркой, и веселье утопает в злобе. Со звоном отбрасываю ложку в сторону, хмыкаю.

— Ну, чем опять недовольна? — мужчина выгибает брови. Такой огромный. Мамонт. Он еле-еле помещается в нашей кухоньке. А несчастная крохотуля-табуретка скрипит под его весом.

— Будто ты не знаешь, — бурчу я, скрещивая руки на груди.

— Ника, послушай, — строго чеканит Волк. — Почему ты мне не веришь? Я клянусь тебе, что у нас с Ириной ничего нет. Я использовал её, чтобы тебя позлить. Больше так не буду. Прости. Извини меня.

— Я тебе не верю, — качаю головой с гордым видом.

— Ладно, тогда я тебе докажу. Прямо сейчас, — гордо заявляет он и вытаскивает из кармана мобильный телефон. Набирает чей-то номер, идёт гудок, показывает мне имя абонента, у меня темнеет перед глазами, в груди все холодеет от ненависти. Волкан ставит вызов на громкую связь, а телефон небрежно швыряет на стол. Через пять секунд на звонок отвечает вальяжный женский голос:

— Да.

— Между нами всё кончено, — холодно, твёрдо.

— Знаю я, — кривляется девица. — Можешь и не напоминать по сто раз, козел. И не начиналось даже. Какой ты кретин всё-таки, Волкан, использовал меня. Слов нет.