Ты всё ещё моя (СИ)

Хочу, чтобы подарила, наконец, сына.

Господи, я так сильно этого хочу, что буквально уверен в успехе проделанной работы. Покрывая Лизино лицо поцелуями, задерживаю контакт максимально долго. Удивительно подробно представляю, как в это время внутри ее тела исполняется моя мечта.

На самом деле, уже пару минут спустя чувство такое, будто неожиданно с поля в запас выбрасывает. Трудно не горланить: «Давай, сын! Давай!». Ведь иначе на дальнейший процесс я влиять не в силах. Но, дабы не шокировать свою Дикарку, прикусываю язык. Нет, горланю, конечно. Но мысленно.

В тот миг еще не подозреваю, что сидеть мне в запасе все последующие девять месяцев. А это, мать вашу, странно, тревожно и периодами одуряюще завидно.

Однако это все позже… В настоящий момент я парю от восторга и прусь от чувства собственной охренительной важности.

Я творю историю. Я создаю свою семью. Я, очуметь как сильно, люблю.

Весь остаток января на этом вайбе и течет.

Днем Лизу трудно оторвать от моей семьи. Смотрю, как она к ним тянется, и дух захватывает. Был бы дураком, ревновал бы, настолько глубока ее неопровержимая привязанность. Но я ведь понимаю, что именно она восполняет с моими родными. Когда мама, вроде как невзначай, в ходе обычной кухонной возни, первый раз обняла мою Дикарку, та расплакалась.

– Ну, что ты, дочка… – слезятся глаза и у мамы.

У меня самого так сжимается сердце, что все остальное стынет.

– Ваша семья такая хорошая… У меня слов не найдется, чтобы выразить, какие вы все замечательные, – бормочет Лиза, всхлипывая. – Вы с такой добротой приняли меня… Я о таком никогда и мечтать не могла… И вообще, даже не подозревала, что так бывает.

– Это ты замечательная, – улыбается мама. – Как еще тебя принимать? Ты добрее и мудрее нас всех.

– Нет, дело не во мне… – протестует Лиза, реально, до смешного доходит. – Вы же всех принимаете! Кира, Варю, Нюту, Даниила, Сашку, Диму… Всех, кого бы не привели в дом ваши дети. А это… Это безусловная любовь. И это потрясающе.

– Да… Наверное. И тебя мы сразу полюбили, как родную.

Услышав это, моя Дикарка срывается на конкретные рыдания. Не в силах больше находиться в стороне, шагаю и обнимаю ее. Мама смеется и тоже к нам подключается.

– Ты заслуживаешь, чтобы тебя любили, – хриплю с улыбкой. – Ты заслуживаешь самого лучшего, родная.

– Конечно, – поддерживает мама.

Лиза старается. Слушает все, что мы говорим. Наблюдает, как себя друг с другом ведем. Впитывает и сама открывается.

Часто ездим к Киру с Варей. Проводим время у них или, как я в такие дни со смехом заявляю, берем напрокат Нюту. Без эксцессов и казусов, безусловно, не обходится. Но, по факту, мы со всем справляемся.

– Да сколько можно? – шутливо возмущается в какой-то из дней Бойка. – Заведите уже себе своего ребенка.