Ты знаешь мой секрет?

Господи, да я даже толком пеленать не умею, а ведь несколько десятков раз пересматривала обучающие ролики. И все не потому, что неумеха жуткая, просто мне страшно. Очень страшно сделать что-то неправильно или навредить моей родной душе.

Внимательно и ревностно отслеживаю все действия помощницы, стараясь запомнить все и сразу. Потому что хоть и согласилась на помощь постороннего человека, но все же хочу заниматься Надюшкой самостоятельно.

— А вдруг бы… — на секунду отвлекаюсь на Гроссо, желая поделиться страхом.

Но он, как обычно, невозмутим и уверен в себе наперед.

— У нас на руках свидетельство о рождении дочери. Проблем быть не могло. А то, что девочка оказалась тут, это просто стечение неправильных обстоятельств, которые мы уже разрешили. Всё хорошо, — говорит тихо, чтобы слышала только я, приподнимает мой подбородок и легко удерживает своими карими омутами взгляд. — Не нервничай, иначе дочка тоже станет волноваться.

— Х-хорошо, не буду, — соглашаюсь моментально и вновь зависаю на сладкой малышке.

Надюшка слегка хмурит бровки и причмокивает губками, а меня тут же пробивает озноб.

— Она же кушать хочет.

— Всё в порядке, София Викторовна, — включается в беседу Инга, — я уточняла. Кормили полтора часа назад. Время есть. Сейчас мы оденемся, а пока едем в аэропорт, успеем покушать.

— А смесь? — оглядываюсь кругом.

— Гипоаллергенная. Уже приготовлена. Лежит в специальном контейнере с подогревом в машине.

— Спасибо, — выдыхаю, замечая, что Надюшка передумывает капризничать.

— Позволишь мне ее донести до машины? — наклонив голову, спрашивает тихонько на ухо Алекс, а я изо всех сил сдерживаюсь, чтобы не передернуть плечами.

Мурашки так и норовят пробежать по спине, вызывая дрожь. Этот мужчина не перестает тревожить мою кровь.

— Конечно, — киваю мужу, отмечая, как внимательно на него смотрит наша крошка, а потом открывает свой беззубый ротик, словно что-то пытается сказать.

— Поехали домой, принцесса? — улыбается ей Алекс.

И я в этот момент отчетливо понимаю, что из него выйдет прекрасный отец.

Потому что глаза, смотрящие на ребенка, полны теплоты и нежности, а сильные руки делают все очень аккуратно и уверенно.

Гроссо идеален во всем.

Глава 16

Как чувствует себя человек, который никогда не летал на самолете?

Вообще никаком, не то, что личном?

В шоке.

Большом и диком.

Вот и мой шок просто зашкаливает, сердце щемит от страха, а дыхание рвет грудь. Но по давно въевшейся привычке прятать все эмоции глубоко внутри, я остаюсь внешне совершенно невозмутимой и практически безэмоциональной.

Покер-фейс срабатывает безотказно.

Однако, Алекс на раз раскусывает мой блеф.

Он перехватывает мою ладонь и, легко поглаживая, разжимает холодный кулак, который я сжала, спрятав руку в кармане.