Ты предназначена мне

— Как я понимаю, ты собираешься остаться в Грате?

Море пропало из вида, стоило нам свернуть к домам. Моя машина осталась неподалёку от порта, и позже я собиралась прогуляться, чтобы забрать её. Пока же всё, о чём я могла думать, странное ощущение новой жизни. Такое абсолютное и такое пустое, что мне трудно было понять, как сделать следующий шаг. Сделать и не оступиться.

На смену позолоченной синеве воды пришла обсыпанная белыми цветами зелень. Со вчерашнего вечера кусты жасмина, казалось, распушились ещё больше, и я, не спрашивая, немного опустила стекло, впуская в салон сладковатый запах.

— Да, — ответила одновременно с первым вдохом.

— У меня есть дом в пригороде, — глядя на меня, проговорил Борис. – Он окружён садом, в котором тоже цветёт жасмин. Думаю, тебе бы там понравилось.

— Приглашаешь в гости?

Говорил он всё это не просто так. Я чувствовала, что за словами его скрывается куда больше, как и за молчанием, которое царило между нами до этого. Сколько лет я была знакома с этим мужчиной? Много…  Всю жизнь. Но сейчас, сидя рядом с ним и глядя ему в глаза, я понимала, что никогда толком не знала его. Несколько раз, приезжая, он приказывал накрыть для нас стол в находящейся на территории пансионата беседке, и мы завтракали, разговаривая о книгах и музыке. Он касался меня – моих коленей, моих плеч, но никогда… Никогда я не чувствовала себя равной ему. Он был всем, я – мотыльком, крылья которого можно было оборвать одним лишь движением. Мотыльком, жизнь которого целиком и полностью подчинялась только ему, как и жизни других таких же мотыльков.

— Нет, Ева. – Машина остановилась напротив моего подъезда, однако никто из нас не шелохнулся. – Не в гости.

— Тогда что? – у меня вырвался смешок. Дом, сад, его взгляд…

— Я предлагаю тебе стать моей женой, — проговорил он негромко, по-прежнему смотря мне в лицо.

Сдавленный, сиплый смешок, снова слетевший с моих губ, на смех вовсе не походил. Не походил потому, что слова его походили на какой-то фарс, но при этом фарсом не были. То, как он сказал это, как смотрел на меня, не оставляло сомнений в том, что он не шутит.  И всё-таки мне слабо верилось в то, что всё это происходит на самом деле.

Кивнув своим людям через зеркало заднего вида, Борис опять повернулся ко мне. Я неверяще качнула головой. Покинув машину, его люди открыли дверцы внедорожника, и Борис жестом пригласил меня выйти на улицу.

— Зачем тебе это? – спросила я, когда он обошёл внедорожник и оказался рядом со мной.

Мы стояли возле цветущего куста рядом с домом, в одной из квартир которого меня ждала кошка. Моя кошка, которая, в сущности, моей не была, как и сама квартира.

Ничего не изменилось. Как и в ту ночь, когда мы встретились с Русланом, у меня не было ничего, что бы действительно принадлежало мне.