Ты предназначена мне

Подошедший Алекс поставил передо мной чашку с кофе, кинул на блюдце рядом несколько кусков сахара. Не благодаря его, я положил один на язык и глотнул горький кофе. Снова тряхнул головой и, стиснув зубы, потёр переносицу.

— Я проверю Стэллу, — проговорил он, когда я немного очухался.

Вместо запаха резины в лёгкие снова проникал сырой воздух, пропитанный терпкостью приготовленного с пряностями кофе. Всю ночь Стэлла провела с нами, но в какой-то момент не выдержала. Скула всё ещё болела от её оказавшегося куда сильнее, чем я мог себе представить, удара.

— Я тебя предупреждала, — её голос до сих пор звучал в ушах отзвуками моих собственных мыслей. – Я тебя просила, Руслан! Просила не приближаться к ней. Ты – разрушение. Ты себя разрушаешь, ты всё вокруг разрушаешь.

В какой-то момент голос её сорвался на хрип, по лицу покатились слёзы, но она так и продолжала бросаться словами. Похожие на дробь, они предназначались не только мне, но и Алексу. Слова, отвечать на которые мне не стоило. Едва я, раздражённый, злой от того, что вынужден медлить, от выкручивающей нервы неизвестности, попытался сделать это, она с размаху ударила меня кулаком так, как ударил бы не каждый мужик. Попытавшемуся усмирить её Алексу досталась пощёчина. А потом… потом силы Стэллы резко кончились – остались только слёзы и короткое, сдавленное, полное мольбы:

— Найдите её. Найдите живой, прошу вас.

— Руслан Каримович, — вновь обратился ко мне Дмитрий.

Я запил кофе ещё один кусок сахара. Горькое и сладкое, чёрное и светлое… Этим стала в моей жизни Ева. О том, что могу потерять не только её, но и жизнь, которую она носит под сердцем, я предпочитал не думать. И так достаточно.

Обернулся. В руках Дмитрий держал телефон.

— Найденная на берегу девушка пришла в сознание, — говорил он всё так же чётко и негромко. – Я отправил с ней двоих парней. Только что один прислал мне сообщение. Она очень слабая. Практически сразу уснула.

— Что они узнали? – понимая, что это не всё, резко спросил я, впиваясь взглядом в его лицо.

— Она видела Еву. Живой.

— Как Дамир? — спросил я, когда навстречу мне вышел оперировавший его заведующий отделением хирургии.

Талантливый в своём деле, он вернул с того света многих. В том числе, из моих ребят. Если кто-то и мог вытащить Дамира, так это он.

— Пока никаких прогнозов, Руслан, — ответил он, глядя на меня беспристрастно.

Как и для всех нас, эта ночь была для него бессонной. Проведший несколько часов у операционного стола, он выглядел вымотанным, но я знал, что в случае необходимости, он проделает свою работу с той же ювелирной точностью, как если бы перед этим провёл восемь часов в собственной постели.

— Ты зря приехал, — снова заговорил он. – Даже если всё пойдёт хорошо, раньше, чем через сутки твой человек в себя не придёт.