Ты не заставишь меня

Забралась на сиденье и хлопнула дверью.

Отъехать от салона мы не успели. Проезд перегородил черный седан, водитель выпустил струйку дыма в приоткрытое окно и швырнул бычок в снег.

Знакомая машина и знакомый мужчина, что вальяжно выбрался из салона и посмотрел прямо на нас.

Петр Волынов.

Папин друг и партнер, которому меня обещали в жены.

Петр неторопливо двинулся в нашу сторону, остановился возле двери Демьяна. И стекло, вжикнув, поехало вниз.

— Хорошая погода, – отстраненно заметил Петр и щербато улыбнулся. — Подопечную выгуливаешь? – он посмотрел на меня.

Отвела глаза.

— Чего тебе? – нелюбезно бросил Демьян.

— Ребята мои где?

— Ребят больше нет.

Они помолчали.

— Демьян, ты же знаешь, – Петр поддернул рукав пальто, покрутил ремешок часов, — я человек добрый. До поры до времени. Ребят нет, так, может, деньги есть?

— С деньгами к Ковалю.

— Смотри какая штука, – он усмехнулся. — Коваля тоже нет.

— Чего ты от меня—то хочешь, Петр? – Демьян, в отличие от Волынова, показательной вежливостью не утруждался, он крепче зажал руку и кивнул на дорогу, — машину убери, мне проехать надо.

— Но вопрос-то мы так и не решили, – Волынов пожал плечами. Снова посмотрел на меня. — Алина, рассуди нас, кто прав? Отец твой слился, мне нужны мои деньги, а Демьян мирно решать проблемы не хочет. Людей моих убивает. Это разве по справедливости?

— Люди твои чужое тронули, – Демьян бросил взгляд в зеркало, на кирпичную стену. Повторил. — Петр, убери машину. Или я по твоему водителю проеду.

Волынов оглянулся на свой седан.

— Я не по-русски объясняю, наверное, – протянул он. — Демьян. Мне нужны деньги. Или Коваль. А лучше и то, и другое.

— Как только Руслан вернется – ты первый об этом узнаешь.

— А он вернется? – Волынов сощурился.

— Проехать дай.

— Демьян, даю времени до завтрашнего вечера, – Волынов посмотрел на часы. — До семи. Надеюсь на ваше с Русланом благоразумие. И чтобы без шуток, ты меня знаешь.

— Я знаю.

Не прощаясь, он двинулся к машине. Седан развернулся и выехал на дорогу, Демьян порулил следом за ним.

Поморщился.

Остановился.

Украдкой поглядела на его руку и, не раздумывая, открыла дверь.

— Я сяду за руль, – выскочила из джипа, обежала его и остановилась у двери Демьяна.

— Я сам. Сядь обратно.

— Демьян, я умею водить. Пожалуйста. Только до больницы.

Он откинулся в кресле. На его лбу выступила испарина, черные глаза будто ввалились, ему плохо, и нет времени с ним спорить.

Осторожно потянула его за рукав.

— Я тогда к тебе на колени сяду, – пригрозила, и он улыбнулся вдруг, и я замерла, от его губ взгляд оторвать невозможно.

Какой же он все-таки красивый.

Он молча ступил на улицу. Прижал одну руку к груди. Кровь так и не остановилась, на белый снег упали пара красных капель.

Села за руль.

По-хозяйски включила радио.