Ты не узнаешь о сыне

За это время у нее уже появился живот, который она не пыталась скрыть за свободным кроем одежды. Напротив, она демонстративно выпятила его вперед, укладывая ладони на пояснице, будто уже была на девятом месяце и едва справлялась с тяжелой ношей.

— Руслан? — неуверенно заговорила Камилла, пока ее лицо медленно вытягивалось. — Что ты тут делаешь?

— Избавляюсь от лишнего мусора, — ответил холодно и кивнул мужчинам, чтобы делали свое дело.

— Мусора?! — она задохнулась от возмущения, пытаясь преградить им дорогу. — Это моя одежда! Новая коллекция! Ты что себе позволяешь?! Я все расскажу маме!

— О да, — недобро ухмыльнулся, хватая ее за локоть и утягивая с дороги. — Все расскажешь, не сомневайся!

Камилла споткнулась, но упасть я ей не дал. Подтянул наверх и с укором посмотрел на туфли с высоким каблуком, в которых щеголяла беременная.

— Не пора ли тебе переходить на более удобную обувь? Или врач не рассказывал, что в твоем положении вреден каблук?

— Руслан ты с ума сошел?! Ты мне так руку сломаешь. Что ты себе позволяешь?! — возмущалась она, пока я тащил ее к беседке.

— То же, что позволила себе ты несколько месяцев назад, — процедил сквозь зубы.

Камилла еще больше округлила глаза, в них мелькнул страх. Она догадалась, что я говорил о вещах моей жены, которые она посмела выбросить. В то время как я наивно полагал, что Арина просто собрала свою одежду и съехала.

— Не понимаю, о чем ты! — Камилла плюхнулась на скамейку, запрокидывая голову и хватаясь за лоб. — Ох, кажется мне плохо! Голова закружилась!

Я стиснул зубы и отошел от этой дешевой актрисульки. Как бы мне не хотелось свернуть ей шею, гадюка все-таки была в положении. Но это не означает, что я поведусь на ее представление.

— Не устраивай цирк, — произнес холодно. — Последнее, что меня интересует, это твое самочувствие.

— Мне нужно воды! — продолжала жалобно стонать она.

Нет, я все-таки ее убью!

— Я сказал — закончила цирк!

Камилла вздрогнула, бросив на меня перепуганный взгляд, но все же убрала руку со лба и выпрямилась, не забыв при этом несколько раз охнуть.

— Руслан, я не знаю, что тебе наговорила твоя чокнутая женушка, но я ничего не делала!

— Заткнись и слушай, — я в один шаг навис над ней, упирая руку в спинку скамейки в опасной близости от шеи снохи. — С этого момента ты больше не живешь в этом доме. В компании тоже не появляешься, я тебя уволил задним числом. И только попробуй манипулировать моими родителями — не выйдет. Ты сейчас же сообщишь им правду о том, что твой ребенок не от Бориса.

— Что?! Руслан я…

Я перебил, повышая голос:

— Я еще не закончил! Больше ты не приближаешься к моей жене, Камилла. Даже чихаешь с закрытым носом если вдруг находишься в радиусе километра от нее. Я прослежу, обещаю.