Ты не такая! Да, я майор спецназа

— А как у вас обращаются между собой члены семьи? — может у них тут не принято так обращаться, и это оскорбление, как-то я не подумала над этим, хотя маловероятно.

— Представляются в обществе как отцы и перечисляют имена и рода. Женщина всегда представляется отдельно, если женщин в семье несколько, то вначале представляется мать, потом дочери по старшинству, но, к сожалению, это очень большая редкость, чтобы в одной семье родилось сразу двое дочерей. Сыновей до их второго совершеннолетия не представляют, если только не знакомят лично. А вот так, как ты нас называешь, никто не обращаться, но, если ты будешь так говорить нам всегда, мы будет не против! — пояснил папа Аразар.

— Так, первые вкусности уже готовы! — радостным голосом объявил папа Гарах, на что остальные хмыкнули.

— Тебе помочь с подносами или приборами? — спросил папа Раахат.

— Да, думаю со всем помочь, тогда мы быстрее сядем за стол! — все встали и пошли на кухню, даже раб, но, при моей попытке подняться, меня удержали на месте и сказали сидеть, отдыхать, когда интересно я устать-то успела.

Стоящий по центру стола огромный поднос источал просто божественный аромат мяса. Поднос был разделен на разные секции, и в каждой лежало совершенно разное мясо, одно было в специях, другое в соусе, третье еще с чем-то. От таких запахов мой желудок очень громко жалобным голодным китом завыл на всю столовую, думаю, его даже отцы за стеной слышали. И, судя по дружному смеху после этого — точно услышали.

— Сейчас, наша маленькая радость, будем кушать, не стоит так громко возмущаться! — смеясь, подкалывал меня папа Ларак.

Маленькой радостью меня называли впервые, в основном — большой проблемой, причем с самого детства. А сейчас эти мужчины, которых до этого я не знала, приняли меня в семью и очень искренне пытались обо мне заботиться. То, что они не играют с моими чувствами, я чувствовала очень хорошо. Даже в детстве, рядом с дедушкой, мне приходилось быть сильной, чтобы он мной гордился и не переживал.

Я прекрасно помнила поездку к родителям, когда была маленькой, после которой мое детство закончилось, практически и не начавшись. Тогда дедушка, поругавшись со свой дочерью, отказался от нее в пользу меня. Я знала, что мне нельзя быть слабой и показывать эту слабость деду, в тот день я поклялась сама себе, что больше никогда не буду плакать. Вот только, попав в другой мир и встретив Аразара, я впервые заплакала, ведь он, несмотря на трудности, с которыми ему придётся столкнуться в будущем, принял меня в свой род, не задумываясь, лишь бы спасти меня. И его побратимы, никогда до этого дня не видевшие меня, приняли и поддержали его решение.