Ты не сбежишь

В квартире тоже почти темно, горят только ночные квадратные лампы в кухонной зоне и возле письменного стола. Влад сидит в кресле напротив двери чуть в глубине. Курит. По первому взгляду неясно, насколько сильно, но понятно, что он пил. Это усиливает беспокойство. Тогда в клубе он тоже был пьян. Такого его я боюсь ещё больше.

Ощущение, что я получила приглашение на собственную казнь.

Я прикрываю за собой дверь и останавливаюсь под свинцовым тёмным взглядом. Он молчит, мне тоже сказать нечего. Я знаю, зачем я здесь, инструкций не нужно. По крайней мере, на данном этапе.

Снимаю обувь, вешаю пальто на крючок возле двери. Влад наблюдает за моими движениями, а я стараюсь, чтобы руки не тряслись. Сумочку тоже оставляю на вешалке у двери. Что дальше? Мне нужно подойти? Снять одежду? Или он сам?"

"Делаю несколько шагов в его направлении, глядя в чёрные глаза, и останавливаюсь в паре метров. Воздух кажется таким густым, что дышится с трудом.

– Раздевайся.

Что ж. А чего ты ждала, Лера? Поцелуев? Ласк? Он мог бы, показывал это уже, но не станет. Я в этом уверена. Только бы слишком грубым не был.

Цепляю свитер ледяными пальцами и тащу вверх. Обнажившись, кожа сразу покрывается мурашками. Кладу его на пол и берусь за пуговицу джинсов. Не могу больше смотреть ему в глаза, лучше следить глазами за клубящимся от сигареты дымом.

Когда джинсы отправляются к свитеру, не могу сдержаться и опускаю глаза. Остальное снимет сам, если нужно, мои моральные силы и смелость резко закончились.

– Подойди.

Влад тушит сигарету, и делает глоток из стакана со спиртным. Мне хочется закричать, толкнуть его что есть сил, хочется, чтобы он стал другим. Пусть лучше будет таким, как в тот вечер, когда включил порно, или как в душе. Но в нём что-то изменилось. Флёр игривости улетучился, оставив что-то совсем тёмное, тяжёлое. Как в клубе, если не хуже.

Но я закусываю губы и делаю несколько шагов, подойдя вплотную, поднимаю глаза. Страху следует смотреть в лицо.

Миксаев продолжает сидеть, развалившись в кресле, и одной рукой держать стакан. Второй медленно стаскивает сначала одну сторону трусиков, потом вторую, оставляя их чуть ниже лобка. Вздрагиваю, когда он, облизав средний и указательный пальцы, просовывает их между моих половых губ. Он делает всё намеренно так демонстративно. Хочет унизить, показать, кто здесь главный.

Устоять на ногах трудно. Колени слабеют и подгибаются, и я рефлекторно упираюсь ладонью в его плечо. Больше же некуда. Но словно обжигаюсь и отдёргиваю руку.

Влад убирает ладонь и встаёт, тёмной тенью возвышаясь надо мной. Кивает чуть в сторону. Я отхожу, аккуратно подтянув бельё назад.

– Спусти трусы до колен и поставь локти на стол.

Глава 48.

Негромкий унизительный приказ заставляет сердце заколотиться.