Ты (не) моя мама

Ближе к десяти Минаев позвонил мне лично и сообщил, что, к его глубочайшему сожалению (и к моей величайшей радости), он не может приехать, и на встрече его заменит один из спонсоров мероприятия. Мне было совершенно без разницы, кто прибудет на переговоры. Гораздо больше привлекали цифры — заказ был действительно крупным. Да и утро выдалось не самым удачным. Сначала разбирался с директором одного из наших магазинов, где не самым удачным образом прошла проверка Роспотребнадзора, затем застрял на конференции, длившейся почти два часа. Вернулся в компанию только в обед, и решил зайти к Райнес, чтобы вкратце объяснить, с кем нам предстоит иметь дело.

Признаюсь, когда я увидел в её кабинете Алексея, и то, как непозволительно близко он стоит к ней, касается её волос, я напрочь позабыл зачем пришёл. Где-то глубоко внутри что-то заклокотало и забилось, призывая меня подойти к своему заместителю, взять за шкирку и оттащить подальше. Пока я стоял столбом, борясь с внезапным порывом, Наталья сама отошла от Алексея и бросила на меня вопросительный взгляд.

Видимо между моей правой и левой рукой назревает служебный роман, и я внезапно понял, что меня это совсем не радует. Не радует — это мягко сказано… Заметил на столе две пустые чашки и оставшиеся пирожные. Мило! Я прямо-таки в восторге от этой грёбанной идиллии!

Заставил взять себя в руки и сообщил Наталье о предстоящей встрече, но и Алексея позаботился выпроводить. Нужно будет ему сообщить, что если решил ухаживать за моим главным дизайнером, то пусть делает это за пределами рабочего места.

Моим главным дизайнером… Чёрт, о чём я вообще думаю? Мало мне проблем с женой, надо ещё самому себя накрутить. С кем и как общается Наталья Райнес — не моё дело. Точка.

Спустился в холл, выискивая взглядом своего гостя. Обычно я не встречал новых заказчиков, этим занималась помощница. Сам спускался только ради тех важных шишек, которым нужно было стелить красную бархатную дорожку прямо с крыльца, но сейчас другой случай. Мне нужно было успокоить бурлящее в крови чувство и выбросить из памяти картинку той сцены, что продолжала стоять перед глазами.

В холл вошёл рослый широкоплечий брюнет с дипломатом и принялся озираться по сторонам. Ещё до того, как он направился к стойке охраны, я понял, что он и есть тот самый спонсор, который заменил Минаева. Подошёл к ним и по разговору убедился в своём предположении. Жестом остановил охранника, который уже поднял трубку телефона, чтобы позвонить Лене.

— Здравствуйте, — протянул мужчине руку и представился: — Владислав Витальевич Ярчинский. Вы, вероятно, ко мне.

— Да, — оживлённо кивнул мужчина, крепко пожимая мне руку. — Надеюсь, вы не против, что я заменил Игоря Станиславовича. Меня зовут Сергей Александрович.