Ты - наша

Я ведь ему сказала, что не хочу быть чьей-то! Что это все вообще неправильно!

А он…

У него так глаза загорелись, что смотреть было больно!

Вспоминаю, как мягко потянул меня на себя, обманчиво мягко, так, как только у него получалось, улыбнулся, прошептал:

— Это — просто отлично, малыш. Я, прикинь, тоже ничей… Думаю, нам будет, чем заняться, таким… ничьим…

Я хотела возразить, что он меня совершенно неправильно понял, что я не то имела в виду, но Лис не дал мне этого сделать!"

"Наклонился, гипнотизируя своими яркими глазами, прикоснулся губами… Мягко и сладко выдохнул, запуская миллионы мурашек по коже, рассыпающихся, словно бисер, колко и будоражаще.

Я была до такой степени поглощена своими ощущениями, их необычностью и силой, что даже не сопротивлялась.

И Лис пользовался моей кратковременной потерей ориентации в пространстве и летящей головой на полную катушку.

Он не торопился, с каждым движением делаясь все горячее и настойчивей, но как-то так… незаметно для ошеломленной меня, что осознание того, что происходит, что это все в реальности, а не в моих фантазиях, произошло вообще не сразу.

Я закрыла глаза и полностью погрузилась в ощущения. Сладость его губ, силу его рук, властность, такую непоколебимую уверенность в себе, в том, что ему все позволено. Что я не буду возражать.

Наш первый поцелуй запомнился мне собственным возмущением, яркостью и огнем. Второй — обжигающе яростным насилием, принуждением, от которого все внутри сжималось в дурацком, рабском каком-то предвкушении.

А в этот раз…

Я была будто одурманена, околдована, загипнотизирована.

И никак не могла выплыть из этого гипнотического транса.

Лис мягко и в то же время настойчиво пробовал меня, смаковал, не торопясь никуда. И казалось, что весь мир в этот момент замер, образовав вокруг нас стеклянный шар, наподобие тех, что продаются в сувенирных магазинах. С милыми домиками и снегом внутри. И двумя замершими фигурками влюбленных, которым никто в этом крохотном мире больше не нужен…

Лис проводил теплыми грубоватыми пальцами по моей щеке, дышал возбужденно, скользил губами по скулам, губам и шее. И я не возражала, не могла возражать… Как можно это делать, когда так хорошо? Когда все плавится внутри от самого крохотного прикосновения? Боже… Если бы Лис в самом начале наших непонятных отношений был настолько… ласковым и аккуратным, то я бы… Я бы…

Я не знаю, что было бы дальше, потому что благодаря Лису я уплыла из реальности и вернулась бы вообще не скоро… Если бы вернулась вообще.

Но реальность напомнила о себе самым тривиальным способом: Маринка вышла из своего обморочного состояния, и ее стошнило прямо на тротуар.