Ты - наша

— Вот как? — хмыкает он, а затем мягко проводит губами по моей шее… Ой… Ежусь от неожиданно сладких мурашек, прерывисто вздыхаю, — а со стороны и не скажешь… К тому же, у нее жених имеется… Да, малыш?

— Ага… — мой хриплый голос удивляет даже меня саму. Что это нашло такое? Отходяк, что ли, после стресса?

— Жених? — Тошка удивленно таращится на меня, — ты согласилась?

— Не твое дело!

— Бля… Вась… Не надо, — Тошка забывает про Лиса, который все еще держит меня, зарываясь носом в распушившиеся волосы и дыша все возбужденней, смотрит только на меня. И глаза у него, словно у брошенного щенка, больные и жалкие, — Вась… Нахера он тебе? Я же все сделаю, слышишь?

Я молчу, не зная, что отвечать, опускаю взгляд.

Пусть думает, что хочет.

Может, отстанет от меня.

Правда, с Лисом и Камнем это, похоже, не совсем сработало…

Тошка, так и не дождавшись от меня ответа, кривится от злобы, сплевывает на пол:

— Ну и дура! Так тебе и надо, овце!

— Не надо девушке грубить, Весик, — угрожающе хрипит над моей макушкой Лис, но Тошка, больше не отвечая ничего, обходит нас по касательной и исчезает за дверью.

А мы с Лисом остаемся стоять в прежнем положении.

И с каждым мгновением мне это положение кажется все менее безопасным.

Повожу плечами, пытаясь высвободиться и с напряжением ожидая, что меня сейчас не отпустят…

Но Лис расслабляет объятия, позволяя мне выскользнуть. А затем легко теснит именно туда, куда не дотащил только что Тошка, под лестницу.

Отступаю, затравленно глядя в его серьезное лицо, прикидываю, как выбираться буду из очередной ловушки.

Боже, не универ, а полоса препятствий!

Моя спина упирается в стену, а татуированные ладони Лиса — по обе стороны от лица.

— Ну, а теперь серьезно, малыш, — говорит он, напряженно глядя на меня, — про жениха, выходит, правда была?

29

Я с недоумением смотрю в серьезные жесткие глаза Лиса, молчу. Надо же, каким разным он может быть! В последнюю нашу встречу, помнится, этот наглец изображал такого крутого бед-боя, настойчиво лапал меня, целовал, предлагал всякие гадости, покупал даже…"

"А сейчас требует отчета, словно он… Он имеет на это право!

Как же задолбали мужчитны, считающие, что имеют право на меня!

— А зачем мне врать?

— Например, чтоб набить себе цену… — усмехается он, и я тут же понимаю, что снова обманулась в оценке! Лис — по-прежнему невыносимый придурок, считающий, что весь мир крутится только вокруг него!

— Почему отпустил тогда? — удивляюсь я, решив не комментировать услышанный бред.

— Хотел посмотреть… — он внезапно наклоняется ниже и с шумом втягивает воздух у моего виска. Едва слышно рычит возбужденно.