Ты - наша

Гребанное сочувствие, которого мне сейчас вообще не надо!

Мне надо знать!

Вышла ли она замуж???

— Охренеть, вас зацепило, — вздыхает он, — что в этой девке такого? — и, отворачиваясь к двери, бросает, — вышла.

Дверь открывается.

— На выход.

Встаю. Иду.

— Руки за спину.

Выполняю приказание.

— Вперед.

Иду.

Замуж. Вышла. Замуж. Вышла.

— К стене.

Замуж. Вышла.

— Заходим.

Иду. Ложусь на шконку, смотрю в серый потолок.

Замуж. Вышла. Замуж. А-а-а-а-а-а!

— Ты чего, паря? — старый сиделец, седой, плешивый, испуганно наклоняется ко мне, — врача, может? Отпиздили тебя там, да? Давай постучу, позову кого-нибудь!

Замуж. Вышла.

Не верил. До последнего не верил. Даже когда фотку ту… И смс… И Тигр приходил на свиданку, прятал глаза. Рассказывал, как весь универ гудел от этой новости.

Уехала с Весом, в столицу. Его родаки квартиру купили…

А-а-а-а, блять!!!

Тогда просто заледенел, замер, словно в криосне. Не думал, вообще не думал же об этом!

Запретил себе думать.

И о том, как мы с Лисом вперлись феерически, два долбака.

Меня почему-то будущее мое вообще не парило.

А вот она…

Маленькая моя. Наша. Наша.

Она не могла.

Она такая же… Такая… Блять, у меня до сих пор слов нет, чтоб сказать, какая. Как увидел, так и залип. Навсегда. На колени перед ней, только чтоб посмотрела. Все, что угодно, только чтоб позволила…

А она…

Да ну нахуй!

Я же ее на руках… Мы же ее до искр из глаз!

А она…

Замуж. Вышла.

— Слышь, ты не подыхай мне тут! — волнуется сосед.

Я смотрю в потолок.

Замуж. Вышла.

— Не подохну.

— Чего? Чего хрипишь-то?

— Не подохну.

— Ну вот и хорошо… А чего ты так? Сказали чего-то плохое? Баба?

Надо же, какой проницательный…

— Ну а тут, паря, вариантов-то мало. Или отпиздили, или срок добавили. Или баба. Баба — самое хуевое. От них хуже, чем от дубинок ментовских… Но ты терпи. Терпи, паря. Ты сильный, вон, какой бычара. Ты переживешь. И выйдешь.

Переживу.

И выйду.

Эпилог

— Ну че, зафиналим? — Сашка Колесник разливает по рюмкам зеленую жидкость, — абсентик? Чтоб гарантированно улететь? Эх, диплом ты наш диплом! Положить на полку и забить.

— Давай, — хмурится Тигр, — но я одну. Мне еще к Маринке.

— Как она?

— Нормально уже. Не тошнит почти.

— Красава, Тигрусь! Будешь папашей!

Тигр, довольно усмехаясь, дает пять ребятам.

— Кого в крестные хочешь взять?

— Да пока рано об этом… Подожду, когда Камень выйдет.

За столом повисает тягостная тишина.

Парни из группы Колесника вздыхают, убирают руки от рюмок.

— Как он там вообще? — спрашивает Артем.

— Как-как… — пожимает плечами Тигр, — нормально. Говорил, выступает в каких-то боях показательных…

— Блять… Такая карьера была… — сочувственно тянет Рафик, с досадой затягиваясь сигаретой.