Ты - наша

Потом, повзрослев и почитав открытые источники, я догадалась, что в школе далеко не все рассказывали, умалчивая самые интересные и пикантные моменты. В конце концов, в древности люди жили в большем единении с природой, и все, в том числе и плотская любовь, были для них естественными, не табуированными…

Глядя со сцены на Камня и Лиса я ощутила себя такой жрицей. Той, в которую, по верованиям древних, вселялась во время богослужений частица богини.

Ее любовь давала силы, приносила удачу и счастье.

Я пела, и все вокруг кружилось!

А потом и в самом деле закружилось, и осознала я себя уже в объятиях Камня, стремительно уносящего меня куда-то по лестнице вверх, высоко, даже не на второй и не на третий этаж.

Он тяжело дышал, грудь его мерно поднималась и опускалась, а скулы, уже покрывшиеся жесткой щетиной, были напряжены.

Камень что-то отрывисто сказал кому-то, я не поняла даже, что именно, и сильнее прижал меня к себе, укрывая от всего мира, пряча в своих руках.

А еще через мгновение открылась дверь, и мы ввалились внутрь.

Мы, это я, Камень и Лис, который нам с Камнем, оказывается, дверь и открыл магнитным ключом.

Зажегся мягкий нижний свет, я, неловко пошатнувшись, слепо огляделась, понимая только, что мы — в роскошно обставленной комнате, больше похожей на интернетные картинки про интерьер.

Приглушенные тона, огромная кровать, минималистичные торшеры…

А потом мне резко стало не до разглядывания, потому что Камень прижался всем телом ко мне и прошептал в губы:

— Ты знаешь, что от тебя пахет мятой?..

И вот теперь я, чувствуя огненные губы Камня на своей груди, по очереди, словно самое нежное, самое желанное лакомство, пробующие каждый сосок, и не менее огненные губы Лиса, очерчивающие обжигающую дорожку по позвоночнику, буквально задыхаюсь от переизбытка эмоций.

Как всегда с ними! Как всегда! Они топят меня во всем этом, не давая ни мгновения на то, чтоб просто глотнуть воздух! Да и нет между нами тремя воздуха. Только раскаленная лава плотского желания.

В какой момент я оказываюсь без джинсов и нижнего белья, даже не понимаю.

Просто ощущения стновятся еще острее, ласки еще откровенней, а наши перемещения по комнате — совершенно не запоминаются чем-то связным.

Стоп-кадрами, как в триллерах.

Вот мы втроем стоим посреди комнаты, и парни с двух сторон целуют меня… Не целуют! Облизывают, пробуют на вкус! И они такие разные!

Камень молчит и только рычит низко, пугающе, заводяще.

А Лис… Лис постоянно что-то шепчет, бесконечно сводя с ума меня своими горячими безумными словами, рассказывая, что он чувствует, какая я на вкус, сколько у него на языке сладости от моей кожи, сколько на пальцах кайфа от того, какая я нежная и отзывчивая.

Этот их такой разный, но такой бескомпромиссный напор не оставляет мне никаких шансов.