Ты нас предал

Он опустил голову. Понял, что уже говорит лишнее, но… После того, как я позволила ему себя целовать он, наверное, имеет право так говорить.

— Не ревнуй, — посмотрела я на него.

— Не могу, — сжал он кулаки. — Даже сейчас мне всё кажется, что нас трое.

Трое. Я, Рен и мой ребёнок… Как же ему сказать об этом?

— А я говорю: не ревнуй, — повторила я. — Богдан в прошлом. Я хочу перелистнуть эту страницу. Правда, хочу.

— Уверена? — смотрел на меня внимательно Ренат, ловя каждую мою реакцию на его слова.

— Уверена.

— Тогда… Может быть, ты позволишь мне помочь тебе? — Ренат заметно волновался. Я чувствовала, как каждое слово даётся ему — с трудом.

— Как ты мне поможешь? — спросила я.

— Забыть…

— Как, Ренат?

— Позволь мне больше…

— Что ты имеешь в виду? — теперь разволновалась я. О таких вещах обычно не просят. Разве о любви просят? Богдан не просил, он брал. Всё случилось само собой. Ренат же просит разрешения на любовь. Это очень странно…

Он вынул из кармана брюк коробочку. Бархатную…

Едва я увидела её, как моё сердце забилось еще чаще — Ренат решил сделать мне предложение? Прямо сейчас? О боже…

Я перевела взгляд на его лицо.

И что же я ему скажу? Нет, извини, я беременна?

Какой кошмар…

Богдан даже не присутствуя испортил такой момент нам… Хотя я не уверена, что вообще испытала бы радость от его предложения, даже не будучи беременной — всё слишком неожиданно, Ренат слишком напорист, я ещё не остыла к прошлым отношениям…

— Я хочу, чтобы ты стала моей женой, Надя, — припечатал он меня, открыв коробочку, в которой, конечно же, нашлось идеальной красоты кольцо…

Всё красиво, но так неправильно, что аж выть хотелось.

Я молча смотрела на него и кусала губы почти до крови. Я не знала, как открыть рот и сказать ему после столь светлого порыва, что у нас ничего не получится…

— Я мечтаю об этом давно, — протягивал мне кольцо Ренат, а на мои глаза невольно стали наворачиваться слёзы. Я чувствовала себя жуткой гадиной. Потому что не могу ему ответить, потому что сейчас сделаю больно… И лишусь поддержки. Единственной, которая у меня была. Опять останусь одна. Что же за наказание-то такое? Богдан разрушил весь мой мир без возможности восстановления. Везде отголоски о нём и западня, куда не кинься. — Давно. С тех пор, как увидел и немного узнал тебя. Жаль, что нету вас таких двух… — Он процитировал известную песню.

Мой язык прилип к нёбу. Может, я онемела навсегда?"

"Ни слова не могла произнести, настолько меня загнала в угол ситуация.

— Мне показалось, что ты не доверяешь мне, считаешь мои намерения не серьёзными, и потому я… Может, я конечно, тороплюсь, но вот так чувствует моё сердце. Но ты поверь, я сделаю всё, чтобы ты освободилась. Ты забудешь его, ну правда забудешь, Надь. Всё будет хорошо. Ты больше никогда не будешь плакать.