Ты нас предал

Но чтобы вот так? Прямых оскорблений она себе никогда раньше не позволяла, иначе я бы не пришла сюда. Я надеялась, что она меня поймёт как женщина — женщину, но женская солидарность у неё проявилась к Анфисе…

Что на неё нашло, я просто не понимала.

Вчера мне показалось на какой-то момент, что Ираида даже прониклась моим положением, пожалела меня. А что же сегодня?"

"Неужели Богдан позвонил свекрови и потребовал меня выгнать? И судя по словам его матери ещё и наврал с три короба. Хотя на Богдана это не похоже. Он никогда не врал, даже в мелочах… Свекровь могла и сама насочинять…

И я тут же горько вздохнула.

Не врал он, как же!

Надя, Надя… Ты такая наивная чукотская девочка! Теперь-то я знала, что все его вечерние заседания, вал работы, конференции, командировки — скорее всего, просто прикрытие для его свиданий с любовницей. А может, даже и любовницами.

Как я могла в это верить ещё вчера?

Ладно, хватит уже себя жалеть и перебирать одно и то же.

Надо понять как дальше жить.

Я расчесалась у большого зеркала в ванной, собирала волосы в хвост и размышляла.

С жильцами моей квартиры, конечно, очень некрасиво вышло. Надо им самой перезвонить, объяснить, дать время на переезд. Куда мне самой деваться на это время?

У свекрови я точно не останусь. Значит, выхода нет — остаётся гостиница.

Этот вариант меня изначально не устраивал потому, что у моего мужа гостиничный бизнес, и в городе нас хорошо знают. И если я, жена Богдана Кантемирова, поселюсь в отеле, то через час все наши знакомые будут знать, что у нас проблемы. Но теперь, получается, вариантов нет, или…

Ренат.

Он обещал помощь.

Я думала об этом и внутри поднималось такое странное, жгучее чувство. Почему вот так бывает? Всё наоборот!

Самый близкий человек, которому ты всю себя отдала, однажды отворачивается и вышвыривает как ненужную, сломанную вещь. А другой, с которым ты, по сути, никаких отношений не имела, которому отказала, которого не принимала в расчёт — готов протянуть руку помощи.

Принять от него помощь — это дать ему надежду.

Принять от него эту помощь — значит, дать ему надежду.

Брат моего мужа вчера сказал, что любит, значит, не отступится так просто.

Поверила ли я в эти слова? Не знаю.

Раньше я думала, что тут соперничество братьев замешано. Что Ренату я нравилась только потому, что его брат меня выбрал. Может, он хотел доказать Богдану, что тоже чего-то стоит, и действовал через меня?

У них какие-то очень запутанные отношения. Вроде братья, вроде близки, но все время устраивали соревнования меж собой. Увы, этого мне было не понять, я росла одна.

Так что помощь Рената весьма сомнительна, принимать её не хотелось.

Но… почему-то мне стало чуть теплее от того, что эта помощь всё-таки есть.