Ты нас предал

Об оплате мы тоже договорились, цена была приемлемая, и на оплату услуг мне денег хватало.

Одной проблемой, кажется, меньше…

Я ещё, конечно, не встречалась очно с юристом, но почему-то мне казалось, что он мне обязательно поможет. Или мне хотелось в это верить…

После работы шла по скверу, как вдруг дорогу мне перегородил Богдан…

Я закатила глаза и попыталась его обойти — только бывшего мне сейчас крайне не хватало для полного счастья!

— Подожди, — остановил он меня, не давая пройти.

— Господи, ну что тебе от меня надо? — простонала я. — Что ты ходишь за мной, следишь на своей машине? Я тебя отпустила, ничего от тебя не хочу, не требую, отпускаю тебя к Анфиске и всем проституткам мира, которые тебе сделают очень хорошо, но ты опять приходишь сюда. Что ты хочешь?

— Поговорить, — ответил он лаконично, вглядываясь в моё лицо так, словно каждую его черту ласкал глазами. Словно тосковал и впитывал меня в себе, прямо здесь и сейчас. Сколько успеет…

— Нам не о чем говорить, — покачала я головой, отвернувшись от него. — Я не претендую на имущество. Все вопросы задашь в суде.

— Нет, нам есть о чём говорить, — практически схватил он меня в охапку и заставил смотреть в глаза. — Как ты докатилась до жизни такой, Надежда?

— Какой? Отпусти меня, Богдан! — била я его по рукам, но бесполезно.

— Ты легла под моего брата, даже не оформив развод со мной. Тебе понравилось? Он лучше меня, скажи мне?

Залепила ему по морде, что есть мочи. Только все равно он меня не выпустил, как краб вцепился.

— Слушай, ты, — схватилась я пальцами за ворот его пальто, тряхнув, насколько мне сил хватало. — Когда под тебя ложилась моя подруга, у тебя всё в порядке было, да? Какие предъявы, дорогой?

— Да, я говнюк, мудак и всё такое прочее, — сжимал он в ответ руками мою талию до боли даже через моё пальто. — Но и ты не ангел оказалась. Ты ещё замужем за мной!

— А знаешь, он лучше, — хищно улыбнулась я ему, и Богдан явно оторопел и ослабил хватку. — И чего я его раньше не попробовала? А, точно — тебя любила, дура! Но теперь все иначе.

— Врёшь! — горько проговорил он. — Ты меня любишь.

— Не-е-ет… — протянула я. И откуда только во мне эта стерва появляется рядом с ним? — Не люблю уже. Моя любовь умерла в тот момент, когда ты мою подругу на нашей постели разложил. Не тебе меня упрекать, ясно? Поправь свой нимб лопатой! Пусти, говорю!

— Как ты могла так? — жарко шептал он мне куда-то в шею, попутно пытаясь схватиться за нее и как будто придушить. — Дрянь. Стерва. Ты легла с моим братом!

— А ты как мог? — снова пихнула я его. — Ты как мог нас убить, Богдан? А теперь что же — не нравится тебе ответочка? Он лучше, лучше! Лучше тебя во всём! И в постели — тоже!

В ответ Богдан снова вцепился в меня.