Ты моя пара!

А в памяти воскресают другие объятия, абсолютно недопустимые, но на удивление уютные. Одергиваю себя: я сошла с ума, если в голову закралась подобная мысль. Жизнь меня определенно ничему не учит, я позволила мужчине – малознакомому мужчине – вновь решать за себя… Хотя выбора мне Лео не предоставлял. Надеюсь, это лишь вежливый жест, странный, конечно…

– Хочешь, я схожу с тобой? – Подруга предусмотрительно не упоминает о ломбарде: мы стоим в окружении коллег. Вчера вечером решила, что пришло время избавиться от часов Милосердова. Я нуждаюсь в деньгах и хочу удалить из моей жизни последнее напоминание о человеке… нет… о монстре!

– Не нужно. Забери Васька и приготовьте ужин, а я принесу к чаю что-нибудь вкусное.

– Ну смотри, – сомневается подруга, – вдруг опасно?

– Не опаснее, чем сходить в магазин. Наконец-то. – На территорию въезжает автобус. Нетерпеливо перетаптываюсь с ноги на ногу и растираю ладошками замерзшие уши.

Ира всю дорогу советует магазины с демократичными ценами на обувь, объясняет расположение отделов в торговом центре, выуживает из сумочки скидочные карты, а я тщетно борюсь с дремой, что разморила меня в мягком кресле.

Храбрость покидает сразу же, стоит Ире скрыться в арке, ведущей к детскому саду, а мне развернуться в противоположном направлении. Прошло чуть меньше месяца, как сбежала от Милосердова.

Я провела с этим человеком полгода своей жизни, но запомню его навсегда.

Острыми коготками страх царапает душу. Взываю к разуму и уговариваю себя: если бы Герман знал, где меня искать, то сразу же приехал и забрал. Или он изощренно играет, дарит иллюзию свободы… Оборачиваюсь, чувствуя на себе чужой взгляд, поднимаю воротник пальто и ускоряю шаг. «Хватит паниковать!» – приказываю себе.

Первым делом куплю сапоги, шапку и перчатки, отвлекаю себя, иначе простуды не миновать, да и вряд ли на новой работе ценятся больничные.

Нахожу нужный номер дома, вхожу в полуподвальное помещение. Почему все ломбарды находятся где-то под землей?

Моему взгляду открывается крохотная каморка, заваленная с трех сторон коробками практически под самый потолок. Засаленный деревянный прилавок, спертый воздух, тусклое освещение, словно попала в погреб.

– Есть кто? – В комнате зажигается яркий свет, ослепляя и дезориентируя.

– Добрый вечер, – грузный мужчина выходит из-за стеллажа, протискиваясь боком, – что привело красавицу к нам?

– Красавица ошибочно зашла в вашу богадельню. – За моей спиной, как по волшебству, оказывается генеральный. Он полностью заполняет собой свободное пространство. – Так ведь, красавица? – обращается ко мне. Если Лео думает, что я соглашусь, то ошибается.

– Нет, красавица не ошиблась, – поворачиваюсь обратно к толстяку так резко, что волосы взмывают в воздух.