Ты моя одержимость

Я знаю только одно: если поцелуй прервется - погибну. Накрываю мощную шею ладонями, ловлю мощное биение вздувшихся вен. Покоряю хищника.

Тимур что-то шепчет в мои приоткрытые губы, но шум крови мешает различить слова, обращает фразы в сплошное рычание, от которого моя кожа покрывается морозными мурашками, леденеет и полыхает. Пот прошибает тело, градом льет вдоль спины.

Я задыхаюсь, но чувствую себя так, словно впервые дышу.

Аромат грозы витает в прохладном ночном воздухе. Штормовое предупреждение становится физически осязаемым. Еще немного - хлынет ливень, загремит гром.

Открытая угроза. Явная. Никто не спасется.

А мне наплевать. Я готова идти против судьбы. Против всех людей на свете. Против правил и условностей. Просто пусть он будет рядом. Пусть этот поцелуй никогда не прекращается. Пусть длится вечно.

Этот мужчина продирает насквозь. Прошивает до нутра. Железным крюком входит внутрь и раздирает на части. Крадет мою боль. Подавляет ужас. Иссушает слезы. Уничтожает раны. Овладевает душой. Стирает шрам за шрамом.

Никто не касался меня так. Никогда. И жуткая мысль вспыхивает в сознании, озаряет разум ослепительной вспышкой.

Если Тимур вдруг и есть тот монстр... разве это плохо?

Издевался. Истязал. Разрушал с наслаждением прирожденного садиста. Почти убил. Почти стер с лица земли. Но если это он, то другой меня действительно не касался. Принадлежу ему одному. Ограждена от чужой похоти. Не испачкана грязью.

Боже, нет. Нет, нет. Нет!

- Подожди, - бормочу сдавленно. - Постой, Тимур.

Я отталкиваю его. Разрываю контакт. Это дается нелегко, но это необходимо сделать именно теперь.

Я должна заглянуть в горящие глаза. Должна понять.

Он отрывается от меня с огромной неохотой. Подчиняется, поскрипывая зубами. Стискивает челюсти и сжимает гигантские кулаки. Дышит тяжело и рвано. Едва удерживается от срыва.

Такой мрачный и угрожающий. Всегда берет свое. Завоевывает.

Я отказала ему, и он обезумел от ярости? Там, в клубе. Я попробовал сбежать, а он поймал и наказал, действовал грубо, по-животному, потерял связь с реальностью и перешел черту.

Хватит. Больше не могу. Постоянно цепляюсь за обрывки прошлого, сама себя путаю и ужасаюсь.

Пытки. Насилие над женщиной. Извращенный садизм. Черт, все эти вещи полностью противоречат тому, что я знаю о Тимуре. Он не похож на мужчину, которому приходится брать девушек против их воли, принуждать и ломать до состояния изувеченных кукол.

Но бывали же и привлекательные маньяки. Обаятельные. Достаточно красивые. В том и заключается кошмар. Далеко не всегда монстры выглядят как чудовищные уроды. Порой они самые обычные люди, без особых примет и легко способны затеряться в толпе. А порой даже вызывают доверие и симпатию, напоминают идеальных моделей с обложек популярных журналов.