Ты – Моя Надежда

Одно дело бить грушу, совсем другое ― живого человека. Ладно, Баринов по специфике своей профессии привык. Однако Алиса не станет этого делать.

– Спорим, станешь? ― спросил вошедший, кажется, в раж Руслан. ― Первый раз, когда я тебе изменил, был через год после нашей свадьбы. В Paradise. Мы встречали каких-то гостей. Телка сама на шею вылезла. Я по пьяни трахнул ее прямо в туалете клуба.

– Как ее звали? – выдохнула Алиса, залезая к нему на ринг. Про эту измену она не догадывалась.

– Да я уже не помню, как она выглядела, а не то чтобы имя… ― за произнесенным откровением Баринова последовал первый удар Алисы. Для женщины, наверное, сильный, но Руслан, кажется, даже не колыхнулся.

– Лисенок, и это все? Даже обидно. Я думал, я сильнее тебя задел. Второй раз ― это Ирина. Телка Волкова. Она была шикарной. Стройная брюнетка, бюст третьего размера, ― Баринов аж присвистнул. ― Мне показалось тогда, что я запал.

Второй удар был намного сильнее и пришелся на челюсть Руслана. Кажется, Алиса умудрилась разбить ему губу.

– Вот, можешь, когда хочешь, ― похвалил Руслан. ― Мы с ней пару месяцев зажигали. А потом… а потом одна телка сменяла другую. У меня всегда была одна постоянная любовница, ну так… на полгода, не больше, и, вдобавок, я трахал кого хотел: стриптизерш, проституток, официанток, работниц в офисе. Я себя не ущемлял.

Алисины удары начали рушиться на него один за другим. Она била сильно, метко, агрессивно, жестко, с болью.

– Ты кого-то из них любил? Хоть одну? ― в перерыве между сыплющимися на Руслана ударами и последовавшими ругательствами спросила Алиса.

– Нет, только трахал. Чистый спорт, ― признался Руслан.

Алиса продолжила избивать Баринова. В основном била по лицу, только иногда она, видимо, увлекалась своей ненавистью, промазывала и попадала в плечо или в живот. От ударов не уворачивался. Руслан терпел все стойко. Каждый удар. Чего уж, заслужил. С каждым последующим ударом их сила возрастала. Разозленная Алиса, казалось, уже не остановится. Однако… через какое-то время, замахнувшись, вдруг Алиса резко опустила руку. Отошла от него и зарыдала.

– Как ты мог? Я же тебе верила! Я тебя любила! Как ты мог? ― Алиса упала на ринге от дикой боли, пронизавшей ее всю, прикрыла глаза руками, одетыми в перчатки для бокса, и заплакала. Баринова полоснули по внутренностям ее рыдания. Он тут же подбежал к плачущей навзрыд Алисе.

– Все, Лисенок, успокойся. Бей еще, только не плачь.

– Да пошел ты, Баринов. Твою мать, как ты мог? КАК? Я бы еще поняла, если бы полюбил кого-то. В этом случае понятно, ну, бывает, влюбился. А просто так… с каждой встречной. Да еще и ребенок! ― сетовала Алиса, не переставая плакать на плече у обнимающего ее мужа.

– А вот тут, Лисенок, меня подставили.