Ты мой! Расплата за измену (СИ)

– А клиника у нас где?

Она, выслушав ни о чём не говоривший адрес, поинтересовалась:

– Скажите, что я частично не помню события ночи – нормально?

– Это последствия сотрясения и стресса. Давайте, я приглашу врача. Он подробно всё объяснит.

Нина остановила её на пороге вопросом:

– А что за операция, о которой вы говорили? – Ооа боялась прикасаться к голове, не желая нащупать повязку.

Везёт ей в последнее время на шрамы. Ещё немного и станет гордиться ими, как настоящий мужчина. Успокаивали предыдущие слова болтушки от медицины. Трепанацию черепа не станут делать под местной анестезией.

– Ничего серьёзного, рассечение мягких тканей головы, костные не повреждены, – подтвердила её догадки медсестра. И добавила:– Повезло вам! Стекло держали волосы, а не череп. Не удалось посмотреть, что внутри, – и вышла.

Нина выдохнула. Есть Бог на свете.

Она обожала шутки медиков.

Шрам зарастёт, волосы отрастут, и будет как новенькая.

Она не хотела оставаться в клинике больше трёх дней.

Всё повторялось. Второй раз будет написан отказ от госпитализации. Раз нет осложнений, можно отваляться дома.

Худиев прислал цветы и перенёс встречу на неделю."

"Так хотелось сказать, что может, на больничной койке оказалась по вине его сестры? Но сделать это надо, глядя в глаза, чтобы понять, не имеет ли он отношение к кошмару последнего месяца.

Первым в палату проник Бероев. Корочки помогли эфэсбэшнику прорваться через её запрет, на выполнение которого встала охрана.

Видеть Жукова, чтобы рвать сердце, не хотелось. Дать Светличному повод для ликования тоже. Больница не то место, где Нина хотела бы принимать мужчин.

– Фёдорова, я к тебе не с радостными известиями… – Нина подвела глаза под потолок, как будто от него в последний год были другие. Она поинтересовалась с ехидцей:

– Юлька решила тебя бросить?

Он и бровью не повёл.

– Ага, и выйти за Жукова!

Нина хмыкнула, натягивая одеяло до подбородка:

– Я за тебя не пойду!

Олег усмехнулся, оглядывая бледную в бинтовой повязке и под белым в голубой цветочек одеялом «красотку» с тёмными кругами под глазами.

– У меня всего одна жизнь для подобной роскоши. Лучше подрочу.

Она скривилась. Даже зная, что выглядишь сейчас совсем ни как звезда Голливуда, слышать подобное неприятно. Нина процедила:

– Надеюсь, не для этого ты сюда завалился?

Он бросил папку на тумбочку и полез в задний карман брюк.

– Думаешь, я шучу про Жукова?

Нина выдула воздух через щёки, приняв решение не встречаться до выписки со своими мужчинами. Бывшего тоже хотелось поскорей выпроводить.

– Говори, что нарыл, не тяни. Мне нельзя волноваться, – она оттолкнула протянутый смартфон.– Телик и телефон тоже противопоказаны.

Онасела, упершись спиной в подушку:

– Не собираюсь лежать тут вечно. Отдохну немного.