Ты мой! Расплата за измену (СИ)

– Вот видишь, совсем не такая скотина, как ты себе нарисовала!

Она выставила руку, ограждаясь от разговора, бередящего душу.

– Олег, я видела всё сама, – покачивание головой не избавляло от картинки перед глазами.

– Его подставили.

Не сработало. Не оправдывало незаслуженных обвинений, ревности, слежки.

– Большого мальчика «рыжая» на себе затащила сначала на приём, а потом в постель в отеле?

– С приёмом лажанулся, согласен.

Нина снова смотрела в окно, не желая показывать, насколько тяжело даётся разговор о Стасе. Щемящая тоска сжимала сердце. Всё могло бы быть по-другому, «если бы». Вся её жизнь в последнее время состояла из нереализованных «если».

– Светличный хотел подложить меня под Худиева, – само собой сорвалось с губ.– Решил, что хорошая цена за тот вид за окном, которым ты восхищаешься, – она говорила совершенно бесстрастным голосом, выдавливая пустоту, образовавшуюся при одном воспоминании об отце Трофима.– Не привык дарить без подтекста, даже совместно нажитое…

Нина обернулась.

Бероев стоял чуть позади, сложив руки на груди и опустив голову. – – Информация подтвердилась. Леча неспроста выспрашивал о бывшей жене бизнес партнёра и выскочил как ошпаренный из ресторана следом за ней.

– Это он сам сказал? – зелёные глаза полыхнули гневом.

– Да, был расстроен получив по морде, – она усмехнулась, заправляя непослушную прядку за ухо.– Искал причину провала в располагающей к сексу комнате.

– Кто спас? – сухие слова, а в душе бушевала буря.

– Охрана Ильи и его имя, – Нина положила ладонь на широкое плечо.– Не вини себя. Невозможно просчитать всё заранее. Не в туалет же со мной ходить твоему человеку?

– Я мог дать правильную информацию о миллиардере, с которым ты собралась играть, а его предупредить строго-настрого, чтобы не трогал подругу моей жены.

Она вскинула бровь, уточняя:

– Ну, теперь-то он знает?

Олег кивнул.

– И ещё узнает! В более развёрнутом варианте.

– Опять из-за меня станешь бодаться? – оставалось только вздыхать.

– Из-за себя! – он повёл носом, услышав аромат свежесваренного кофе.– Это проявление неуважения, прежде всего ко мне. Страх потерял. Придётся напомнить кое-что.

Он сделал пару шагов в сторону кухни ипробурчал, обернувшись:

– Фёдорова, ты завтраком меня кормить собираешься?

Она улыбалась. Вот и скажи, что Трофим ему любимый крестник, а не родной сын.

– Идём, обжора, мама накормит.

– Разойдусь с Юлькой и женюсь на Наталье Егоровне, – он обнял худышку за плечи.– Стану твоим отчимом, тогда попляшешь. Не Стасом единым жив род мужской.

Отчаянное:

– На мне женись! Зачем тебе старуха? – заставило шутника вздрогнуть.

Нина споткнулась, услышав за спиной голос Лиски.

– Я тоже умею готовить! – продолжала с надрывом девочка.