Ты мой! Расплата за измену (СИ)

Широко улыбалась тем, кого представлял Светличный. Она слышала за спиной шушуканье жён бизнесменов и их собственные покашливания. Мужчины любят посплетничать не меньше женщин, только делают это не настолько открыто.

Взгляд Аиши прожигал спину. Нина наблюдала, как та нервно сжимает в кулаки пальцы или теребит клатч. Как хотелось ей пустить пулю в лоб ненавистной шатенке, пока на рисунке, но и этой возможности сейчас была лишена.

– Не слишком ли ты заигрываешься, таскаясь со мной по залу?– Нина кивнула на брюнетку, направившуюся в сторону человека кавказской внешности и знакомым лицом.– Смотри, однажды прирежет тебя во сне. Доведёшь бедняжку.

Павел скривил губы, совершенно искренне возмущаясь подобным мыслям.

– Ты с ума сошла, Кошка? Это от тебя, бешеной, я мог получить нож в спину. Она же кротка как ангел, – он чуть ослабил подтянутый Ниной узел.– Чувствую, что душит меня, но лишь навязчивой заботой и любовью."

"Нина с трудом сдержалась, чтоб не рассказать о рисунках «пушистого зайчика», вместо этого упомянув о самой нелюбимой женщине:

– Видишь, как идеально подошёл тебе мамин подарок.

Павел усмехнулся.

– Только размерами мелковат, – он сжал узкий локоть.– Мне нужна вот такая. Стерва, с которой не сводят глаз мужики. Чтоб беситься от ревности, чувствуя, как закипает кровь. Острый соус к шашлыку, а не творожок к манной каше.

Нина выдернула руку из цепких лап «паука». С шипением, через показную улыбку заметив:

– Она у тебя была!

Живая музыка наполнила ярко освещённый зал. Оркестр на невысокой сцене, выдающий латиноамериканскую мелодию, делал их стычку похожей на ссору страстных любовников.

Он не сводил дьявольских глаз с её губ, прошептав так же тихо.

– И снова будет!

Нина одарила «бывшего» холодной улыбкой.

– Светличный, я не прощаю открытых предательств и не вхожу дважды в одну и ту же реку. Тебе ли не знать?

Он ухмыльнулся.

– Обожаю, когда ты злишься. А в реку ты не войдёшь, тебя туда сбросят обстоятельства.

– Уверен? – она вскинула бровь.

Разговор становился более чем откровенным. Брюнет довольно облизнулся.

– На сто пятьдесят процентов!

Нина отвечала настолько же нагло:

– Маловато, когда играешь со мной.

Впервые он проговаривал вслух свои планы.

– Кошка, я давно не играю, а действую.

Она размышляла: почему именно сейчас разоткровенничался? Уверен, что до него невозможно добраться? Вслух выговаривая иносказательное:

– Это я поняла, – холодный презрительный взгляд возымел действие.

Павел нахмурился.

– Что ты имеешь в виду?

– Мне задрать платье при всех, чтоб показать тебе шрам?

Он изменился в лице.

– Ты считаешь меня виноватым в нападении? – возмущение в словах и взгляде брюнета казались искренними.

Нина криво усмехнулась, в душе всё кипело.