Ты - мои небеса (СИ)

Задумчиво ковыряя вилкой в тарелке с яичницей, он с ничего не значащим видом смотрел на экран телевизора. Увидев входящих, кивнул им на газ, где стояла сковорода с едой, и снова повернулся к голубому экрану.

- Чего такой хмурый с утра? – Поинтересовался Нестеров, когда Алиса, разложив яичницу по тарелкам, поставила перед ним порцию. Яичницу он не любил, но голод не тетка и Максим не стал привередничать, а с готовностью взялся за вилку.

- А тебе-то что? – Лекс пожал плечами. – Если интересуешься из вежливости, то можешь не утруждаться.

- Надо же, какие мы злые. – Пожал плечами Максим и, переглянувшись с ничего не понимающей Алисой, принялся за еду.

Но у Лекса, видимо, настроение с утра было отвратительней некуда, потому что, щелкнув пультом телевизора, да так сильно, что едва кнопки не выломались, он накинулся на бедную Алису.

- Ну и как себя чувствуешь? Спасительницей? – Алиса лишь недоумевающе моргала глазами не пытаясь перебивать, пока Лекс метал молнии. – Думаешь, наклеила ему эту штуку и все, можно успокоиться? Через пару недель уже ничего не подействует, и что станешь делать? Наблюдать со стороны как он в страшных муках подыхать будет? Как начнут отказывать его руки и ноги? Или как он, возможно, ослепнет или оглохнет. Или афония разовьется. Смотря куда будет прорастать опухоль. Кое-как он, конечно, дотянет до рокового дня, но при этом проклянет тебя раз триста не меньше.

Максим с ужасом слушал возможные перспективы безрадостного будущего, и у него даже кровь стыла в жилах.

- Что ты на меня смотришь, как кролик на удава. – Продолжал вычитывать Алису Лекс. – Не ожидала такой перспективы? Думала, что все будет радостно и приятно? Так вот я тебе скажу, не будет. В лучшем случае у него случится инсульт, и последние дни своей жизни он проживет без сознания. – Налив себе кружку кофе Лекс сделал большой глоток. – Ты, видимо, еще не поняла, что это ловушка. Я тоже витал в облаках, когда поселил мать здесь. По наивности подумал, что так ей будет лучше. И что в итоге вышло? Она погибает медленно, но верно от болезни, разрушающей не только ее тело, но и мозг. Каждый день она теряет частичку памяти и когда-нибудь забудет меня окончательно. А я ничем не могу ей помочь, хотя мог бы в свое время уберечь от беды.

- Я еще не знаю как, но я его вытащу. – Забавно, теперь они говорят о Максиме в третьем лице. И что-то там насчет вытащу? Прозвучало очень оптимистично.

- Не получится. – Съязвил Лекс. – Думаешь, я не пытался. Для того чтобы как ты говоришь вытащить, у человека должна быть вера. Как у нас с тобой. Не таймер, отмеряющий, сколько тебе быть здесь, а сколько там, а именно вера. А он, - Лекс ткнул пальцем в озадаченного их перепалкой Максима, - уже много раз тебе доказывал, что не поверит.

- Смотря во что.