Ты - мои небеса (СИ)

А чего она хотела? Чтобы он как послушный мальчик исполнял все ее прихоти? Ну, так он вышел из этого возраста.

Расположившись в кресле, как аристократ, закинув ногу за ногу, Максим смотрел на лежащую на полу елку, на осколки шаров, рассыпавшихся по полу. Игрушечный паровозик издал последний предсмертный хрип и затих. Нестеров остался в полной тишине. Даже слышал звук собственного дыхания.

Поймав себя на мысли, что совершенно не знает чем заняться, Максим решил просто бездельничать. Обследовав все четыре комнаты, одна из которых была прихожая, другие две служили спальней и гостиной, а четвертая оказалась огромной ванной.

Все комнаты напоминали музейные залы. Изящная потолочная лепнина, эркеры с витражами, антикварная мебель и стены, обшитые шелковой тканью.

Скинув пальто, он прилег в спальне на широкую двуспальную кровать, потом перебравшись в гостиную, с удивлением обнаружил в ней пианино. Изящные золотистые стулья с серой обивкой вокруг круглого столика с золотистыми витыми ножками и черным мраморным верхом с причудливыми узорами. Буфет со всевозможной сверкающей чистотой посудой, широкий стол бюро с зеркалом на стене и электрическим подсвечником наподобие старинного. Причудливая пальма у балконного окна. В прихожей стоял телевизор на широком комоде, изящный шкаф в углу и еще один круглый столик на этот раз с креслами вокруг.

Достав из бара минеральную воду, Максим сделал несколько глотков, а потом, вернув воду обратно, извлек на свет бутылку коньяка. Он напьется и завалится спать и кто знает, может завтра, он забудет о неприятном разговоре с Алисой, от которого противно сосало под ложечкой.

Плеснув в стакан немного коньяка со льдом, Максим вышел на балкон. Прохладный ветер остудил его мысли, а холодное спиртное заставило продрогнуть и вернуться обратно.

Елку, осколки и прочие следы нового года уже убрали. Как-никак, а гостиница высшего класса вот и обслуживание соответствующее.

Открыв шкаф, Нестеров с удивлением обнаружил в нем свою аккуратно развешанную одежду. Да, Покровская расстаралась на славу.

Приняв душ и приведя себя в порядок, он уже прикидывал, чем еще заняться, как вдруг раздался звонок внутреннего телефона.

- Максим Николаевич, добрый вечер. – В трубке звучал вежливый женский голос. -  Столик уже накрыт. Ждем вас в зале «Метрополь». Желаете, чтобы прислали сопровождение?

У Нестерова даже язык к небу прирос. Какой ужин, какой столик? Пробормотав, что-то невнятное по поводу сопровождения он лихорадочно принялся одеваться. Опять Алиса что-то придумала. Какое безрассудное упорство.

Через пятнадцать минут в дверь постучали, и очень вежливая сотрудница проводила Максима в огромнейший зал, от одного вида которого у него закружилась голова.