Ты мое счастье

И от его улыбки сердце застучало часто-часто. За что же мне наказание такое? Богдан для меня – как экспонат в музее. Любоваться можно часами, а вот трогать – нельзя.

Мой распотрошенный рюкзак мы все-таки увидели уже из окна «Тойоты», недалеко от того места, где завтракали. Я чудом заметила его на обочине. Завопила как резаная, и Богдан резко затормозил. Мы вышли из машины. Сидя на корточках, я расстегнула рюкзак и принялась оглядывать вещи.

– Зарядки для телефона нет! – первым делом сказала я.

– У тебя и самого телефона нет, – отозвался Богдан. – Видишь, как удачно все сложилось.

Мы с Волковым красноречиво переглянулись.

Зарядка-то кому понадобиться могла? Она даже не оригинальная, китайский шнур. Неужели кто-то решил, что и зарядное устройство на барахолке толкнуть можно?

– Денег, разумеется, тоже нет, – продолжила я сварливо. – Шампунь еще вытащили и варень…

Я резко замолчала, потом выпрямилась.

– По-любому это тот чудак с заправки, больше некому.

– Ладно, Майя, поехали, – снова поторопил меня Богдан. Тогда я, закинув за спину полупустой рюкзак, направилась обратно к машине.

Ехали мы молча. Вернее, Богдан, пребывая в шикарном настроении, напевал себе песни под нос, а я сидела тихо. Для Волкова все произошедшее было классным приключением. Я же до того переволновалась, что это несчастное болото никак не выходило из головы. А еще было неприятно, что кто-то рылся в моих вещах.

– Бензина мало, – наконец обратился ко мне Богдан после того, как его внимание привлекла мигающая лампочка на приборной панели.

– Ага, – без особого энтузиазма отозвалась я.

– Смотри по пути заправки.

Солнце светило прямо в глаза, и меня стало клонить в сон. Монотонная дорога убаюкивала. Я положила голову на руку и закрыла глаза. Голос Богдана и музыка в салоне становились все тише, тише, тише…

Проснулась после того, как Богдан затормозил. Над ухом зажужжал стеклоподъемник, я одернула руку и с трудом разлепила глаза. В салон ворвался свежий августовский воздух. Я огляделась. Мы приехали на какую-то богом забытую заправку с двумя колонками. Только я немного оправилась от дремы, как справа в окне на меня уставилось чужое вытянутое лицо. Незнакомый парень, на вид мой ровесник, мельком глянул на Богдана, а потом снова впился в меня взглядом. И обратился тоже почему-то ко мне:

– Стеклышки протереть?

Вместо ответа я протерла свои «стеклышки». Глаза то есть. Но нет, это не сон. Не мираж. Парень никуда не исчез, а все так же пялился. Да он же пожирал меня глазами! Его даже мой мальчишеский наряд не смутил. Слава богу, тут же подал голос Богдан. Он склонился ко мне, чтобы лучше разглядеть парня, и произнес:

– Тут не только стекла мыть надо. Есть поблизости мойка?

– Мойка? – переспросил неприятный тип.